Лекарь-возлюбленный. Призрачный обряд

Знать бы, с чем это связано…

– Постойте, господин Фао. Я бы хотела с вами поговорить… Наедине…

Он снова отреагировал лишь вздернутыми в удивлении бровями.

– Прошу…

Айми уверенно прошла вперед, останавливаясь у одного из заброшенных колодцев, и развернулась к командующему.

Удостоверившись, что их никто не подслушивает, она уверенно заявила:

– Мне нужна ваша помощь.

Он снисходительно улыбнулся.

– Думаю, вам лучше обратиться к моему отцу.

– Нет, именно ваша. Ведь вы тоже пострадали…

– Пострадал?

– Да! От действий господина лекаря.

Командующий нахмурился – кажется, ей, наконец, удалось заинтересовать его.

– Я ни разу не обращался к нему за лечением, поэтому не знаю, как мог пострадать…

Айми перебила его:

– Ваша репутация… И если бы кто-то более охочий до сплетен увидел то, чему свидетельницей стала я… Вам бы пришлось очень тяжело оставаться здесь.

Лицо командующего оставалось поразительно бесстрастным.

– Я не совсем понимаю, о чем речь.

– О той ночи, примерно месяц назад, когда я обнаружила вас в объятиях господина Рэйдена и его новой постельной игрушки – этой бесстыжей Минэко.

Айми нарочно стыдливо прикрыла нижнюю часть лица рукавом и взмахнула ресницами.

Челюсти командующего сжались.

– Возможно, вы застали нас после дружеской попойки. В этом нет ничего удивительного.

– Ах, так вы теперь друзья? – Айми мило улыбнулась. – Но со стороны все выглядело совсем иначе, не так невинно. И если бы кто-то другой вошел в то утро в лазарет, поползли бы дурные слухи…

– Я все еще не пойму, что тут можно обсуждать?

На щеках Фао Рэна заиграли желваки.

Даже жаль, что он не проявлял к ней никакого интереса и вместо молодого сильного тела ей приходилось обслуживать его дряхлеющего папашу.

– Командующий… – Айми покачала головой. – Представьте, как неподобающе это выглядело: вы, растрепанный и полуобнаженный, обнимаете спящего господина лекаря. А его щека покоится на вашей груди так мирно, словно вы – двое влюбленных. А рядом – эта приблудившаяся дешевка.

И поверьте, даже самый неискушенный и невинный свидетель этой сцены сразу понял бы, что она удовлетворяла вас двоих. Для меня, конечно, в этом нет ничего страшного или постыдного. Но вы ведь знаете, какие люди живут в нашей крепости. Да и репутация вашего отца на волоске после того, как он закрыл ворота. Если станет известно, как развлекается его сын, боюсь, этого не поймут…

Айми снова изобразила поклон и прикрыла лицо рукавом.