Встретимся в октябре. Твой кот

Такая крошечная и беззащитная. Только изящные ключицы виднеются среди складок ткани.

Захотелось обнять ее. Прижать к себе и держать так долго-долго. Не отпускать, даже когда она попросится на свободу.

Она вскинула на меня удивленный взгляд, задирая голову и обнажая красивую шею. Точно так же на меня смотрел Злыдень – снизу вверх, откидывая голову чуть ли не на спину.

Даже смешно стало: сравниваю девушку с кошкой. Хотя она так ластилась ко мне… Едва ли не мурчала… Нутро снова начало скручивать от возбуждения.

Я с трудом взял себя в руки.

Шаги матери раздались совсем близко, и я быстро прошептал:

– Будь здесь и не выходи! Когда я с ней разберусь, вернусь.

Она испуганно кивнула и сглотнула.

Боже… Лучше поскорее забыть то, о чем подумал, когда увидел это движение. Я с такой скоростью бросился к дверям, словно собирался брать их штурмом.

Едва успел захлопнуть их за собой, как появилась мать.

– Дима! Ты что, не слышишь?! Я уже устала кричать!

Я прислонился спиной к дверям, чтобы помешать ей войти, если вдруг вздумает вломиться в мою спальню.

Там, где дело касалось моей личной жизни, у матери тут же пропадали такт и совесть. Личное пространство? Границы? Нет, такие понятия у нее вообще отсутствовали.

Вот и сейчас. Она даже шапку и пальто не сняла – сразу отправилась меня искать. Спасибо, хоть разулась.

– И тебе привет, мам.

– Не умничай! Я чуть инфаркт не получила, пока искала тебя.

– Я спал.

– Спал? Спал?! В такой час?!

Ну, началось.

Надеюсь, моя белокожая незнакомка этого не слышит.

– Мам, я только вчера вернулся из командировки. Да, в такой час я спал. И собираюсь еще спать. Зачем ты приехала и почему не предупредила?

У нее так вытянулось лицо, словно черта перед собой увидела:

– Вот так ты разговариваешь с матерью? Гена! Иди сюда! Послушай, что твой сын мне говорит! Давай-давай, повтори. Скажи отцу то, что только что сказал мне.

Я любил свою мать. Маму ведь любит каждый ребенок.

Она прекрасная женщина. Но у нее есть огромный недостаток: она считает, что все должно быть так, как скажет она. Только ей известно, как жить правильно. И если кто-то посмеет с ней поспорить, то этим, по ее мнению, обеспечит себе вечный абонемент на посещение ада.

Как только смог обеспечивать себя самостоятельно, я старался держаться от нее как можно дальше. Но иногда на нее накатывали такие вот приступы материнской заботы.