Этна

А если не дали ничего? Обидно, да?

А вдруг это проверка лояльности?

– Тут такая история, – укоризненно покивал дон Мигель. – Вы ведь слышали о вулканическом вине? Пьетро… ну, я зову его по имени – Джорджио, задумал одну замечательную штуку. Джорджио – он такой, как я. Он десять лет ходил кругами вокруг двух очень интересных участков земли на склоне Этны. Они прямо над его хозяйством. И еще десять лет, наверное, готовил полученный наконец виноградник. Уникальный терруар. И сорт, который так хорошо растет на вулканических почвах.

Чисто местный. Не-рел-ло мас-ка-лезе… Слышишь, Джорджио, я это выучил. Вино будет готово через год с лишним. Весной восьмого года. И тогда придется начинать всякую интересную работу, письменную и прочую. М-да?

Оба следили за моим лицом, и я знал, что от этих людей не скроешься – ну, не закрывать же его руками. Они всё видели.

Вулканическое вино. Сицилийское бароло – так они его называли? Да ведь это уже сейчас легенда.

Черные глаза графа весело блестели.

Я повернулся к дону Мигелю, выпрямился и застыл в молчании.

– Ну, я отвечу, – сказал он, наконец. – Нет, Серхио, я вас не прогоняю. Я о вас сейчас даже лучшего мнения, чем полгода назад. И да, ваша работа у меня гарантирована по крайней мере до следующего Рождества. И, видимо, дальше. Ваша поездка в мои владения в Чили – если останетесь, то будет, и не одна. То, что мне очень нравится, что вы, сидя тут у меня, стали довольно-таки заметной фигурой европейского масштаба – так оно и будет нравиться.

А про наш с вами португальский проект и говорить нечего, вы там будете как рыба в воде. То есть я вами очень даже доволен. Но представьте, к вам подобрался бы этот сицилиец и сделал предложение, от которого нельзя отказаться, за моей спиной. И вы бы… Да?

Да нет же, я бы отказался. Но – хотя бы присутствовать при рождении уникального вина… Просто съездить туда и оказаться первым из внешнего мира…

– Ну, и все условия вашего контракта там будут ровно те же, что и здесь.

То есть в свободное время, не в дни урожая, вы можете ездить куда хотите, писать, что вам взбредет в голову. И с тем же обязательством, что у меня: ни слова о том хозяйстве, где вы работаете, и его винах. Ни хорошего слова, ни плохого. По очевидным причинам. Кстати, если вы спросите меня, в чем мой выигрыш от этой истории, то я скажу: мне было веселее, когда вы все-таки писали о моих винах то, что думали. Вы делаете со словами…

Он щелкнул пальцами.