Хочу твою любовь

Правда, сама она сказала, что дело в легкости ранения: каким-то чудом пуля прошла по касательной, не задела сердце и лёгкое, не вызвала внутреннего кровотечения, а внешнее было не таким сильным, как казалось. Несмотря на пропитанную алой жидкостью рубашку, крови он тогда потерял не так уж и много.

– Думаешь, она догадалась? – голос Уилла звучал хрипло.

Он стоял перед ней, обнаженный по пояс, и, чувствуя страшную неловкость, Аврора боялась поднять голову. Почему-то вначале, когда там была кровь и голое мясо, она как-то не задумывалась о близости, которая возникала каждый раз, когда надо было обработать рану.

Тогда она думала только о том, чтобы все как можно быстрее зажило и не возникло никаких осложнений, сейчас – о том, чтобы как можно скорее разорвать возникшую между ними связь, разрушить интимность момента. Чтобы он не смотрел на нее так и побыстрее оделся, черт побери!

– Что исчезновение Чада связано с твоим огнестрелом и нашим нежеланием обращаться в больницу? – Аврора кусочками пластыря приклеила салфетку к рубцу на его спине и отошла, стараясь скрыть облегчение.

 – Догадалась, само собой. Пенелопа Карей не дура, чтобы поверить в то, что я ей тогда наплела.

– Была бы умной – не стала с нами связываться и брать на себя такую ответственность, а сразу позвонила в полицию, – усмехнулся Батч, натягивая водолазку. – Хотя вообще-то ты была восхитительно убедительна. Лично мне и в голову не пришло бы сказать, что мы хотели сделать эффектные фотки с пистолетом твоего приемного отца…

– Пенни сразу поняла, что это неправда, – Аврора взяла со стола чью-то недоделанную поделку, чтобы рассмотреть ее.

 – Знаешь, почему она помогла? Она уверена, что бы ни произошло, я не могла сделать ничего плохого. По своей же сути я ее подставила – если все выяснится, она тоже попадет под раздачу.

Это была композиция из двух кукол – принцесса и шут. Папье-маше, из которого их делали, потрескалось и потускнело, у красавицы не хватало рук, а блеклый шут был даже не раскрашен.

– Никто ничего не узнает.

Уилл подошел к ней сзади и, положив руки чуть выше локтей, прижался к ее волосам. И, слава богу, что она его не видела.

Прикосновение было неприятно, но Аврора не сделала попытки отстраниться, потому что произошедшее установило между ними связь – какую-то неправильную, болезненную связь соучастников преступления. Но он сделал ради нее то, на что решился бы не всякий.