Академия мертвых душ. Неправильная студентка

Я бы принёс тебе, но за них нужно расписываться. Больше одного в руки не выдают.

Ага, вот и то, о чем предупреждала Эрмилина. Значит, все эти предварительные разговоры были только для того, чтобы усыпить мою бдительность? А теперь стартует самое главное – розыгрыш новенькой. Огненный шар! Придумал же, а? Вряд ли тут студентам такое выдают. Что-то я не видела, чтобы они бродили по коридору с пламенем в руках.

– Знаешь, я, пожалуй, обойдусь, – холодно ответила я.

– Ты это серьёзно? Нет, конечно, все знают, что вчера ты упала в объятия магистра Рониура.

Только вряд ли тебе это поможет. Так что лучше сходи.

В объятия магистра? Щеки полыхнули ярче мантии.

– Никуда я не пойду, – буркнула я, уткнувшись в сумку.

Вытащила из нее тетрадь, зачарованное перо и учебник, который тут же открыла наугад и стала флегматично листать, больше не обращая внимания на соседа по парте.

К счастью, и он тоже перестал пытаться со мной заговорить. А через несколько минут в аудиторию вошёл тот самый магистр Рониур.

Мгновенно воцарилась тишина: беседовать о чём-то при нем явно никто не рисковал. Магистр коротко поздоровался и начал урок.

– На сегодня у нас обширная программа. Так что повторять теорию мы не будем. Надеюсь, вы всё выучили дома. Достаньте ваши огненные шары.

Что? Огненные шары? Чёрт возьми. Значит, Майк вовсе не пытался меня разыграть? А я теперь не готова к уроку.

Глава 7

Все мои однокурсники достали откуда-то маленькие шарики величиной с арбузное зернышко, да и цвета такого же.

Между тем магистр Рониур говорил:

– Как всем вам должно быть известно, огненный шар – один из базовых боевых инструментов. Он поддерживает любую направленность магии, так что пользоваться им смогут даже те из вас, кто изберёт путь льда.

Я внимательно слушала его. И ничего не понимала. Вот вроде бы все слова по отдельности были знакомыми, но никак не привязывались к окружающей действительности.

Какой ещё «путь льда»? Как его надо избирать? И почему, чёрт возьми, он называет огненными шарами какие-то невнятные зёрнышки?

Постепенно смысл фраз и вовсе перестал до меня доходить, остался лишь низкий, чуть хрипловатый голос. Он непостижимым образом проникал внутрь, и там что-то щемяще сжималось. Слова плавали в воздухе, распадались на звуки, и эти звуки бархатно скользили вдоль позвоночника, отчего спина покрывалась мурашками.