Искушение

А здесь я их и поймаю! Логично? Логично!»

Приободрившись, Вика продолжила восхождение, крайне довольная своей рассудительностью и железной логикой. Про пожарный выход логика промолчала. Впрочем, правильно сделала.

Наконец, лестничный эверест был покорен, и, сделав несколько «бесшумных» шагов, Вика грозной тенью застыла в дверном проеме своего родного офиса.

Никаких грабителей не было. Вместо них за столом сидел новоявленный стажер и рылся в документах.

– Та-а-ак! – протянула она. – Пригрели змею на груди.

Как это оно называ… Промышленный шпионаж!

Четкая дикция осталась где-то на дне второго бокала, так что получилось «пырмышленный».

– И Мишу, святого человека, в это дело впутал!

– Виктория Сергеевна, вы что! Я не шпион… – Стажер покраснел, но смотрел прямо в глаза, вроде бы даже честным взглядом. Мне Оксана задание дала, сказала закончить сегодня, вот я и закончил… Только что…

– Что тут у тебя за бумаги?! – Вика оторвалась от дверного косяка и нетвердой походкой пошла к столу «для мозговых штурмов».

– Эскизы… Оксана сказала, чтобы я…

Что там сказала Оксана, осталось за кадром, потому что в этот момент Вика почти достигла цели. Только «почти» – не считается. У самого стола каблук подвернулся, и она полетела головой вперед, видимо, оправдывая название стола. Стажер среагировал быстро: рванулся, подставил руки и успел ее подхватить. Падение было предотвращено, штурм тоже, но лучше ситуация от этого не стала.

Черт знает что. Она среди ночи стоит в офисе и обнимается со стажером.

Репутации – толстый пушной зверек. Вывод, который из этого сделало хмельное сознание, на трезвую голову был бы признан странным. Но тогда показался совершенно естественным: раз уж всё так сложилось, терять ей нечего.

Вика сосредоточилась и страстно поцеловала красавчика-стажера в губы, используя все мастерство, которому обучалась в академии жизни. Поцелуй получился горячим и искренним, потому что целоваться с ним ей нравилось. Очень нравилось! У стажера были упругие теплые губы, умопомрачительно вкусные.

Он, кажется, еще продолжал что-то объяснять. Но тут на сцену зачем-то вылезла суровая хозяйка гарема и строго приказала юному наложнику:

– Заткнись!

Глава 3

«А-а-а!» – первая мысль нового утра была именно такой, без слов. И вторая тоже. И третья. Потом отношение к жизни оформилось в обреченное: «Твою ж мать!» И только после этого начало рассыпаться на отдельные фрагменты. И каждый из них – словно гвоздь в крышку ее гроба.