Она его собственность. Мирая

Я вдруг вспомнила, как взрослые женщины за работой говорили, будто бы могут притвориться… Когда муж пьян и отвратителен или давно постыл…

Да только как притворяться? Что изображать? Откуда мне знать это! Подробностей они не говорили, только многозначительно хмыкали.

Я почувствовала, что начинаю мелко дрожать. Впервые за сегодняшний день мне стало по-настоящему страшно.

– Думаю, мы можем как-то это уладить… – произнес темный почти презрительно, и я отчетливо услышала звон монет.

Сердце застучало быстро-быстро… Вот оно – спасение.

Только бы этот боров согласился! А он должен согласиться, такие как он на все согласны ради денег.

– Мы неукоснительно чтим закон и традиции! – с фальшивым негодованием произнес судебный пристав. – И если требования кажутся вам слишком сложными или невыполнимыми, мы можем расторгнуть соглашение.

Теперь мое сердце замерло. Как он может так разговаривать с темным? Он хоть понимает, что творит? Темные славятся высокомерием и надменностью. И если сейчас моему владельцу наскучит пререкаться… О, нет! Только не это!

Если соглашение будет расторгнуто – все пропало.

Я буквально впилась в темного умоляющим взглядом. Почти молилась – пожалуйста, не отказывайся от меня. И вообще! Гадкое чудище! Тебе ведь нужна еда. Так жри!

Пауза тянулась, становясь почти невыносимой.

– Как скажете… – наконец холодно произнес тот, кому суждено было стать моим хозяином. Я с облегчением выдохнула, а он брезгливо велел приставу: – Отойдите подальше, вы мне мешаете.

Пристав послушно сделал шаг назад.

Темный обошел вокруг постамента, словно выбирая, с какого края приступить к своей трапезе. Я почувствовала, как напряглись мои мышцы, тело отказывалось слушаться. Мне хотелось крикнуть, чтобы он начинал скорее, не откладывая свой мерзкий обряд. Но я молчала. Мне нужно было молчать, позволяя ему делать все, что он захочет.

Он провел по щеке и лбу, убирая волосы. Я ощущала медленное движение его ладони по моей коже.

Освободив лицо от спутавшихся прядей, он скользнул рукой по шее к груди. Я прерывисто и шумно выдохнула. Но в этом не было ни капли вожделения – один лишь страх.

Его ладонь оказалась на моей груди. Он провел рукой снизу вверх и зажал между пальцев сосок. Теплая волна пробежала по телу, пройдя сквозь него и задержавшись мимолетным, странно томительным ощущением внизу живота.

Я прикрыла глаза и постаралась забыть. Забыть о том, где я. О страхе и сомнениях.