Пирожки для принца

Большинство гостей скользили по невесте равнодушными взглядами – для них она не более чем еще один повод повеселиться за казенный счет. Но были среди этих взглядов и недоверчиво-настороженные, и неприязненные… И один – жгучий и ненавидящий, от которого тут же стало дурно. Она физически чувствовала жжение откуда-то справа.

Обернулась – и увидела источник неприкрытой ненависти. Изабелла. В блеске бального платья она невероятно хороша. Все эти воланы и оборки, в которых другие женщины выглядели так, словно их только что сорвали с клумбы, ей действительно шли.

Приходилось признать, что на этом балу одна принцесса – и это не Соня.

Она метнула быстрый взгляд в сторону соотечественниц. Они в своих нарядах смотрелись так же глупо, как и она сама…

Да и вообще рядом с Изабеллой все жены принцев выглядели подделками. Это как лже-фирменная бижутерия… Носишь себе – и вроде все нормально. До тех пор, пока рядом не окажется кто-то, у кого она настоящая…

И все-таки неприятное чувство было связано не только с застарелым комплексом неполноценности, обострявшимся в присутствии великолепной соперницы.

Нет. Было кое-что еще. Изабелла смотрела не только с ненавистью. В этом взгляде было еще и превосходство. Словно не на Соне, а на ней женился принц, словно она уделала соперницу по всем параметрам. Словно есть нечто такое, о чем Соня пока не догадывается…

– Пойдемте! – шепнул на ухо принц и увлек за собой.

Оказавшись за пределами шумного собрания, Соня вздохнула с облегчением.

Ну что ж, это был длинный, насыщенный день. Теперь самое время закрыться в своей комнате и рухнуть на кровать… Они остановились у ее двери.

– Спокойной ночи! – с трудом сдерживая зевок, проговорила Соня и вошла в комнату.

Но Люксен зашел следом за ней, закрыл дверь и, кажется, не спешил уходить.

Соня бросила на мужа вопросительный взгляд.

– Приличия требуют, чтобы мы проводили вместе хотя бы несколько ночей в неделю, – не глядя ей в глаза, пояснил он. – И сегодняшнюю ночь тоже.

Щеки Сони запылали. Этот момент требовал уточнения. Поэтому она спросила:

– Просто проводили? Или…

По-прежнему избегая ее взгляда, он ответил:

– Я понимаю, что обстоятельства нашей женитьбы весьма своеобразны. Но, боюсь, Оракул не признает наш брак действительным, если он не будет подтвержден фактически.

Фактически, значит. То есть супружеский долг с нее все-таки стребуют. Соня молчала, пытаясь придумать, что на это ответить.