Золото под ногами

Наслушавшись рассказов про золотые копи, кто–то срывается и уходит, но это редкость. Впрочем, – пожал плечами Сэм Бреннон, – люди вольны поступать, как им вздумается.

– Ты еще молод, Сэм, – ответил Саттер, – и много тебе еще предстоит пережить и понять. Ты думаешь, этот сброд, что едет сюда за золотом, способен создать что-то значимое? Нет, мой юный друг! Дай им волю, – он сверкнул глазами в сторону сына, – они разрушат все, что было создано старшим поколением! Только жесткие законы, удержат плебеев в рамках и обеспечат процветание республики.

Самостоятельно они не способны к чему–то большему, чем неорганизованный грабеж!

– Тебе, конечно, более по сердцу организованный грабеж по методу мистера Кроули, – съязвил Бреннон, – Признайся, Джон: ты просто не способен вписаться в новые реалии. Перед тобой открылись потрясающие возможности, но ты упорно держишься за старые привычки, и поэтому обречен. Почему ты не платил своим сотрудникам достаточно, чтобы они не сбегали?

– Потому что это разорило бы меня! – воскликнул Саттер.

– Черта с два! Если бы они продолжали работать, их труд принес бы тебе куда больше пользы и денег!

– Больше пользы мне принесет окончательная легализация рабства, чтобы я мог на законных основаниях вернуть их и привлечь к созидательному труду!

– Каким образом, любопытно? Полгода назад к тебе приезжал полковник Мейсон. С ним было тридцать солдат республиканской гвардии. А сколько уехало с ним обратно в Монтерей? Четверо! И те не сбежали только потому, что были поставлены в караул и постоянно были на виду.

Кто будет ловить твоих беглых рабов, если даже солдаты дезертируют со службы?

– Вы в чем-то правы, Сэмюель, – задумчиво произнес Барнетт, – В ваших словах есть толика истины. Однако, замечу, что правда все же на стороне Саттера и Кроули. Свобода не каждому по карману и не каждый способен ею распоряжаться на благо себя и общества.

– Золотые слова, Питер! – подхватил Саттер, – Рабство дает твердую опору не только рабовладельцу, но и рабу.

Вот, например, Боги, – Саттер сделал широкий жест рукой в сторону холла, где гостей принимал старый негр, – Этот немощный старик ни на что не годен, разве только стоять у дверей и развлекать посетителей. Но я забочусь о нем! Я благодарен ему за верность и, клянусь всем, что есть у меня святого, не брошу моего Боги на произвол судьбы. Свой конец он встретит достойно, окруженный заботой любящих людей.