Епитимья

Забыть и уйти?

Эмма наклонилась и сделала вид, что завязывает шнурки, незаметно пряча находку в ботинок. Рассмотреть листок здесь не представлялось ей возможным, хотя никто и не обратил бы на это внимание: у всех были дела поважнее.

Весь остаток дня Эмма работала, как будто ничего особенного и не произошло, вместе с коллегами заполняя грузовики нескончаемыми грузами. Ей даже не нужно было прикладывать особых усилий, чтобы не выдать свою тайну. Как только кусок бумаги оказался в ботинке, руки машинально схватили тележку, ноги понесли Эмму к грузовику, а губы свернулись в улыбку.

«Улыбайся, рабочий», – гласила надпись на обложке трудового кодекса, который каждый рабочий обязан был знать наизусть. И рабочие улыбались. Шли по улицам, обходя горы грузов, катили тележки и улыбались, потому что у них было всё, о чём только можно было мечтать: стабильная работа, дом, семья. А что ещё нужно для счастья?

За обедом Эмма даже не заметила, как проглотила свою порцию супа, но голод после этого только усилился: последствия пропущенного завтрака оказались серьёзнее, чем она могла предположить.

Эмма наблюдала за тем, как не спеша ели другие рабочие, и могла только позавидовать им. Одна маленькая оплошность испортила ей весь день.

В её голове вдруг родилась безумная идея подойти за добавкой. Она не слышала, чтобы кто-то хоть раз делал что-то подобное, но не видела в этом ничего плохого: в кодексе об этом не говорилось ни слова.

Не убьют же её за это, в конце концов. Возле бадьи с остатками супа Эмма остановилась и посмотрела на наблюдателя, туда, где у него должно было находиться лицо. Начать разговор, не видя глаз этого человека, было невероятно тяжело.

Вопреки её ожиданиям, он не стал церемониться и молча налил ей дополнительную порцию супа ещё до того, как она успела попросить об этом. Наверное, за маской всё-таки скрывался человек или ему попросту не было дела до того, кому и сколько порций супа наливать.

Эмма была довольна, хотя сердце у неё билось, как сумасшедшее. Во второй раз за двадцать лет она сделала что-то не по заведённому алгоритму, и ощущения были непередаваемые.

Эту тарелку она растянула на весь обеденный перерыв, смакуя каждую ложку. Никогда этот суп не казался ей таким вкусным.

Остаток дня Эмма проработала ещё усерднее, чем обычно.