Епитимья

Ей хотелось показать, что она была благодарна за вторую порцию, что эта энергия не будет потрачена впустую, хотя тому наблюдателю, конечно, было плевать: он всё равно вылил бы остатки супа в помойную яму.

В тот день начало темнеть по-осеннему рано – смена подходила к концу, но никто не радовался по этому поводу: рабочие всё так же усердно возили тележки туда-сюда, не тратя времени на пустые разговоры о том, какой хороший сегодня день.

Последний грузовик отправился в свой последний на сегодня маршрут, и к выстроившимся в ряд рабочим подъехал первый женский автобус.

Это был автобус Эммы.

– Нам бы ещё работать и работать, – сказал кто-то, и все мысленно с ним согласились, но спорить с кодексом никто не собирался: спать меньше восьми часов в сутки рабочим запрещалось.

Работницы медленно заполнили автобус, и тот отправился в родной район №313. Разговоров во время вечерних маршрутов слышно не было: никто не любил путь домой.

Эмма смотрела в окно, на краски, которые разлил по небу закат, и не сразу поняла, что рядом с ней сидела Ребекка.

Опять она.

– Хороший вечер, не правда ли? – соседка улыбалась во весь рот.

– Да, вечер прекрасный, – Эмма не переставала смотреть на силуэты деревьев в свете заходящего солнца и надеялась, что без зрительного контакта разговор не завяжется.

– А правда, что у Вас есть кот? – в голосе Ребекки не слышалось угрозы, но Эмма всё равно вздрогнула. – Я видела его у Вас в окне вчера, когда он запрыгнул на подоконник.

Вы тогда ещё спали, наверное.

Эмма молчала. Она вспомнила, что в воскресенье её разбудил яркий свет. Шторы распахнулись, почувствовав движение кота, и она не успела убрать его с подоконника вовремя. Хотя тогда она решила, что успела.

Если Ребекка и правда видела кота своими глазами, зачем задавала этот вопрос? Чего она хотела добиться? Эмма решала, соврать ей или сказать правду, и чем дольше она думала, тем страшнее последствия рисовала её фантазия. Каждый вариант был сродни самоубийству.

С другой стороны, Ребекка не могла желать Эмме зла. Ни один рабочий не мог желать другому зла, так было сказано в кодексе. «Рабочий рабочему друг».

Услышав ложь, Ребекка завтра же рассказала бы об этом наблюдателям, а те точно не позволили бы Эмме оставить себе кота, единственное живое существо, которое ждало её дома после работы. Этот аргумент перебил все остальные: сказать правду показалось Эмме самым разумным решением.