Мой аудитор

Спустишься поздороваться?

Важный человек заспешил вниз по лестнице, перебирая загорелыми ногами, что виднелись из-под шорт. Он носил фирменные сандалии на белые носки. Подошёл к Титану:

– Вениамин Ши?мман. Зови меня Бен! Начальник службы безопасности. Добро пожаловать!

С размаху жмёт руку. Крепкая ладонь мозолями впилась в костяшки пальцев Титана. Уверенные зелёные глаза Бени улыбались сквозь спущенные тёмные очки-авиаторы. Заметен был вязаный браслет на его запястье и часы, повёрнутые циферблатом на внутреннюю сторону кисти, чтобы было удобно смотреть время, держа автомат.

Где-то под густой растительностью скрывались выцветающие татуировки: «Пустоши 45-я Бригада» и «Барс. Вулкан». Набиты как тюремные.

– Очень приятно, – пискнул аудитор. – Титан Птенцов.

– Я отвечаю за порядки в этом улье. Чтобы ни одна муха не проскочила! – представлялся Беня. Он пыхнул глухим смешком.

– Вы закончили? – спросил Шимман.

– Я показал всё, что хотел, – пятился ИБДшник. Было время уступить свет прожектора.

– Отлично! Тогда за мной! – потянул Титана безопасник. – Директор согласовал. Вперёд! На инструктаж!

Они покинули шумный склад со своими проблемами и перегрузками. Их путь лежал на производственную кухню. Титан застыл у полного паллета овощных наборов и супов. Здесь готовили и «Сочный обед» – хит сезона. Это были готовые замороженные блюда, обильно украшенные этикетками с милыми зверушками. Якобы диетологи утверждали, что в упаковке есть всё, что нужно для здорового питания и полноценной диеты.

«Химия сплошная!» – фырчал внутри себя аудитор.

Вояка дальше повёл его через цех горячего питания. Медицинская чистота хирургического отделения соперничала с грязью переулка полного кибиток с лапшой, что жарилась в чернеющих во?ках. Повара небрежно мыли овощи, натирали их, перемешивали, при этом матерясь на нерусском. Пот с их лица подсаливал готовые блюда, поставляемые в ларьки быстрого питания. Один из них тряс котелком, держа в зубах сигарету. Какой ужас!

Потрясённый запахами новой высокой кухни, напоминающими смесь конюшни и маминой выпечки, аудитор попал в сырой тусклый коридор.

В его ушах стоял звон от того шума и гама, который творился на кухне. Лязг ножей и свист насосов будет ему сниться в страшных снах.

– Сюда, заходи. Осторожно, не ударься головой, – вёл вперёд Шимман. Суровые поджаренные солнцем крепкие щёки обвисли в каменной улыбке. Будто президента сопровождал.

Тяжёлые трубы водоснабжения корнями обвивали бетонный потолок.