Ловушка для адвоката

Две недели на размышления закончились, осталось несколько минут.

Монтгомери хотел покачать головой, но решетка не пускала.

– Как это понимать? – спросил я.

– Так, что все хреново! Неужели мы не можем выиграть? Ты же теперь прокурор! Поговори там со своими…

Я тяжело вздохнул:

– Это разные вещи, Кэш. Не могу. Решать тебе: соглашайся на три года – или судимся. Шансы у нас имеются, я уже говорил. У них нет оружия, и жертва не дает показаний – это хорошо, но кровь на дверце и кадры с видеокамеры не оспоришь.

Конечно, мы сыграем на самозащите: ты просто покупал, а он увидел твои деньги и попытался их забрать. Присяжные могут поверить, тем более если Хикс не станет отвечать, а я буду задавать такие вопросы, что Аль-Капоне по сравнению с ним покажется ягненком.

– Что еще за Аль-Капоне?

– Ты шутишь?

– Нет, серьезно, кто это такой?

– Ладно, не важно… Ну что, Кэш, как решим?

– Значит, судиться мы можем?

– Можем – только ставки уж больно высоки.

– В смысле?

– Три года против пятнадцати, Кэш. Стоит ли рисковать?

Он выпрямился, продолжая держаться за решетку. На лбу остались отпечатки стальных прутьев.

– Три или пятнадцать – мне все равно не выжить. Они достанут меня в любой тюрьме штата. В округе – другое дело, там сидишь в одиночке под хорошей охраной.

Я кивнул. В окружной тюрьме содержались обвиняемые и осужденные на короткие сроки. Беда в том, что заключение сроком больше года полагалось отбывать в тюрьме штата.

– Ладно, стало быть, идем на суд?

– Да.

– Тогда жди.

Я тихонько постучал в дверь судебного зала, мне открыл охранник. Судья Шампейн вела рабочее заседание по другому делу. У барьера сидел наш обвинитель, и я подошел к нему. С Филипом Хеллманом мы сталкивались на процессе впервые, и он показал себя вполне разумным человеком. Проверим еще раз, каков предел его сговорчивости.

– Говорят, Микки, мы теперь коллеги? – улыбнулся он.

– Только на время.

Я не планирую делать у вас карьеру.

– И хорошо, мне не нужны лишние конкуренты. Так что с нашим делом, решили?

– Хотелось бы обсудить еще разок…

– Микки, предложение и так щедрее некуда! Не могу же я…

– Да нет, ты прав, конечно, и мы с клиентом очень тебе благодарны. Проблема в другом: он не может пойти на сделку, потому что попасть в тюрьму штата для него равносильно смертному приговору. Ты же сам знаешь: «крипсы» до него там доберутся.