После

 – Раз так, то, конечно, я не возражаю! Я заеду за тобой в пятницу вечером!

Когда я вышла на крыльцо провожать Бренду, уже начинало смеркаться. Поцеловав меня на прощанье, Бренда грациозно направилась к своей машине, припаркованной напротив моего дома. Перед тем, как сесть за руль и завести мотор, она обернулась и помахала мне рукой.

Не знаю, что за марка машины была у нее, но она, определенно выглядела очень дорого и так было всегда. Меня это и раньше удивляло, я никак не могла взять в толк, как можно заработать в двадцатилетнем возрасте на хорошую машину, работая администратором в разных гостиницах и постоянно меняя места работы.

Родители? Я очень хорошо знала ее родителей, так что это вряд ли. Скорее всего, у нее был какой-то богатый, возможно, даже женатый ухажер, но меньше всего я любила лезть в душу кому бы то ни было. В конце концов, это ее дело. Но я бы так не смогла…

3

(16 августа 2013 года)

Время до вечера пятницы тянулось ужасно медленно, но, все-таки, он наступил.

Было уже достаточно темно, когда мы с Брендой вошли в черные двери Хард Рок Клуба. Внутри, почти в полной темноте, было сильно накурено, стоял пьяный гул, а со сцены неслось то, что эти люди искренне считали музыкой. Но, несмотря ни на что, этот бар оставался излюбленным местом сбора у всей молодежи Уолтема на протяжении нескольких поколений. Ну, по крайней мере, на протяжении последних двадцати лет. Сколько помню себя, это место всегда было на слуху, даже в то время, когда я не занималась никакими более серьезными вещами, чем причесывание своим куклам волосы. Последнее время, еще до знакомства с Беном, я не очень часто появлялась здесь, но думаю, понятно почему. В жизни каждого жителя Уолтема наступает такой момент, когда он начинает понимать, что этот клуб его уже не ждет, начинает понимать, что он становится здесь лишним. Такой человек все реже появляется в этом клубе, каждый раз все больше убеждаясь, что там совсем не осталось для него свободного местечка, что все уже занято новым подрастающим поколением. В этом клубе редкость те, кому больше двадцати пяти лет. Они уходят, выбирая себе другие места для отдыха, а их место тут же занимают те, кому только-только стукнуло шестнадцать. Вот оно, течение жизни в его самом простом понимании.

– Здесь еще хуже, чем я ожидала! – весело крикнула я в ухо Бренде.