Смертельный выстрел

– И что с того, батюшка! Мне, например, дела нет, да и сестра, я уверена, думает так же. Но неужели нет способа…

– Избежать банкротства, хочешь ты сказать? И не спрашивай. Много бессонных ночей провел я в поисках выхода. Но его нет. Был только один, но я не на миг не допускал его, зная, что он неприемлем. Я был уверен, что ты не любишь Ричарда Дарка и не согласишься выйти за него. Это ведь так, дитя мое?

Хелен Армстронг не сразу дала ответ, хотя тот и готов был сорваться у нее с языка. Она колебалась, опасаясь, что он добавочной ношей ляжет на плечи ее отца.

Неверно истолковав его молчание, и побуждаемый, возможно, призраком бедности, стоящим на пороге – сей дух способен любого толкнуть на дурные поступки, даже благороднейшего – из людей, полковник задал вопрос снова:

– Скажи, дочка, согласна ты выйти за него? – Он помолчал немного, затем продолжил: – Отвечай честно, а перед тем хорошенько подумай. Если ты не можешь быть довольна, счастлива замужем за Ричардом Дарком, тогда этот брак даже не обсуждается.

Посоветуйся с собственным сердцем, не пытайся угодить мне и не иди навстречу моим нуждам. Ответь, это совершенно невозможно?

– Я уже дала ответ: это невозможно.

На минуту повисла тишина. Отец поник, упав духом, как будто его ударил гальванический разряд. Дочь стояла печальная, понимая, что стала причиной этого разряда.

Опомнившись, она поспешила подбодрить родителя.

– Милый батюшка! – воскликнула она, положив руку на плечо полковнику и с нежностью глядя на него.

 – Ты говорил о перемене в нашем положении: о банкротстве и прочих неприятностях. Пусть приходят! За себя я не страшусь – лучше жить в бедности, чем замужем за Ричардом Дарком.

– Ну значит, ты никогда не станешь его женой! Оставим эту тему, и пусть беда приходит. Нам нужно приготовиться к бедности и к переезду в Техас!

– К переезду – возможно, но не к бедности. Ничего подобного. Тепло нашей любви позволит тебе чувствовать себя самым богатым. И в самой жалкой хижине и в роскошном дворце ты можешь не сомневаться в моей привязанности к тебе.

С этими словами прекрасная девушка прильнула к груди отца, гладя его седины своими белыми пальчиками.

Открылась дверь, и в комнату вошла еще одна девушка, почти такая же красивая, но светловолосая и помоложе. Это Джесси.

– И не только в моей, – добавила Хелен, заметив вновь прибывшую. – Но и в ее привязанности тоже. Не так ли, сестра?

Сестра, не понимающая, что происходит, сообразила, чего от нее хотят.