Смертельный выстрел

Действуя ножом, он извлек кусок грушевидной формы

– Тут ты прав, – ответил Хейвуд, в свою очередь подвесив кусок дерева на ладони. – Нет сомнения, что эта пуля из гладкоствольного ружья.

– Но кто же у нас охотится с таким ружьем, Нед Хейвуд?

– Я знаю только одного человека.

– Назови же его, назови проклятого бездельника!

– Дик Дарк.

– Да, Нед. Я подозревал его весь день, я видел еще и другие следы, ускользнувшие от взора наших товарищей, чему очень рад; мне не хотелось бы рассматривать их в присутствии Дика Дарка.

Вот почему я замаскировал их, чтобы другие не заметили. К счастью, так и произошло.

– Какие же это следы, Сайм?

– В грязи на краю болота, далеко от места, где упал бедный молодой человек. Я наскоро осмотрел их и заметил, что это следы убегавшего человека. Голову свою отдаю в заклад, что они сделаны парой сапог Дика Дарка. Теперь слишком темно, чтобы осматривать их, а мы для этого придем завтра очень рано, прежде, чем встанут другие.

Если это не следы Дика Дарка, то пусть Саймона Вудли назовут тупоголовым лесным сурком.

– Вот если бы у нас был хоть один его сапог, чтобы сличить отпечатки.

– Если! Никаких если – будет у нас его сапог. Да что там, оба. Я намерен раздобыть их.

– Но каким образом?

– Предоставь это мне. Я придумал план, чтобы достать его обувь и другие вещи, которые помогут пролить свет на это мрачное дело. Пойдем, Нед, к вдове и посмотрим, не можем ли чем-нибудь утешить ее.

Ведь она, пожалуй, и умрет. Она никогда не была крепка, в особенности после смерти мужа, а теперь, когда лишилась сына… Пойдем же, Хейвуд, докажем ей, что не все ее покинули.

Повинуясь порыву честного сердца, не чуждого жалости, молодой охотник с готовностью откликнулся на призыв.

– Я с тобой, Вудли!

Глава 18

«К шерифу!»

Весь день мать Чарльза Клэнси провела в терзаниях и неопределенности, но еще ужаснее был вечер, когда соседи возвратились с поисков и принесли известия о ее сыне.

И какие известия! Из их рассказов становилось ясно, что ее мальчик убит. Но кто убийца и куда исчез труп, оставалось неизвестно. Были обнаружены только шляпа, ружье и кровь.

Скорбь матери, сдерживаемая до тех пор слабой надеждой, перешла всякие границы. С ней случилась истерика, сердце ее готово было разорваться. Несмотря на свою бедность и посему малое количество друзей, в эту страшную минуту она не ощущала себя брошенной.