Очарование невинности

Даже в пятнадцать лет, несмотря на катастрофу, обрушившуюся на их семейство, Бастьен не выдавал своих чувств. Кроме одного случая…

Окончив разговор, он отложил телефон и отвернулся к окну. Солнце позолотило его светлые вьющиеся волосы, высветило орлиный нос и властный чисто выбритый подбородок.

Ана затаила дыхание в надежде, что Бастьен так и будет смотреть в окно. Она жаждала любоваться им, его шелковистыми ресницами, вспоминать его поцелуи.

Вдруг он резко повернулся, и ее сердце ушло в пятки.

– Звонил мой финансовый директор.

Акции «Бриллиантов Хейдекера» продолжают стремительно падать, – он взглянул на часы, – а биржа закрывается через тридцать пять минут.

– Что это значит?

– Это значит, что ты должна молиться, чтобы акции начали расти. Если к закрытию биржи их стоимость не вернется в исходное положение, учитывая деньги, которые я отдал под залог твоего освобождения, ты будешь должна мне больше пяти миллионов фунтов.

Глава 2

Ана испытала шок и, не помня себя, воскликнула:

– Я не верю тебе!

Бастьен сжал губы.

Его глаза были так же холодны, как родные Швейцарские Альпы.

Не произнося ни слова, он нажал кнопку на панели управления. С нарастающим ужасом она наблюдала, как на кронштейне выдвигается монитор. Бастьен наклонил его к лицу Аны.

Под графиком на экране беспорядочно запрыгали слова и цифры, приводя ее в замешательство. Ана ощущала на себе взгляд Бастьена, но старалась сохранить спокойствие, не давая ему лишнего повода для насмешек. Она с трудом разбиралась в непонятных буквах и цифрах, ее сердце глухо колотилось, пока она наблюдала за снижающейся красной линией.

В правом верхнем углу четко высвечивалось время: 15.32.

– Выключи, – попросила она.

– Это ничего не изменит, – ответил Бастьен.

Оторвав взгляд от монитора, она посмотрела на свои руки и заметила, что мертвой хваткой вцепилась в сумочку.

– Выключи, Бастьен. Я все поняла. – Монитор потемнел. Она нервно облизывала губы. – Но должны же мы, то есть я, найти какой-то выход?

– Самым лучшим выходом было бы не попадаться с наркотиками.

Ана сердито уставилась на него:

– В сотый раз повторяю: я не употребляю наркотики!

– Получается, обвинение ложное? Да, это нам больше подходит.

– Подходит? Я всю ночь проторчала в холодной камере, а ты говоришь «подходит»? Это последнее слово, которым я описала бы свое затруднительное положение.

– В таком случае тебе нужно срочно разобраться со своим затруднительным положением.