Конец всех времён

Я выросла в мире неоновых огней и шумных дискотек, где в каждом звуке ощущается сумасшедшая энергетика жизни, а здесь царит первобытное умиротворение, от одного соприкосновения с которым безумно хочется зарыться под одеяло и уснуть до наступления нового дня. Простите, что говорю всё это, но мне только теперь стало понятно, как сильно различаются наши заочные представления о мире и безжалостно ломающая любые стереотипы действительность.

– Может быть, вы просто не там ищите оправдание своих надежд? – предположил Джонд, и по его лицу расплылась загадочная улыбка.

 – Хотите, я покажу вам кое-что, не выставленное на всеобщее обозрение? К сожалению, стен коридоров недостаточно, чтобы развесить по ним всю мою коллекцию.

Леа согласно кивнула, чувствуя, как в её душе пробуждается живой интерес к происходящему. Король провёл свою гостью вниз в полуподвальные помещения, куда не проникали солнечные лучи и где под потолком примостились заделанные под факелы электрические лампы, освещавшие тусклым светом комнатки, напоминавшие средневековые камеры для заключённых.

Впрочем, никаких узников там не было, а их место занимали обмотанные тряпками холсты и скульптуры из мрамора, камня и глины, изображавшие видных деятелей прошлого. Джонд даже не посмотрел в сторону этого безумно дорогого его сердцу хлама. Дойдя до конца коридора, он открыл ключом массивную металлическую дверь и предложил девушке последовать за ним в небольшой полутёмный зал, украшенный одной-единственной картиной. Холст размером два с половиной на четыре метра представлял собой горный пейзаж, на заднем фоне которого виднелись массивные снежные шапки никем не покорённых вершин. Справа была изображена цветущая долина, покрытая жёлтыми кустарниками и деревьями с огромными тёмно-синими плодами, напоминавшими земные сливы. Но не это привлекло внимание Леа, на несколько секунд потерявшей дар речи и нелепо застывшей с открытым от удивления ртом. Добрую треть отведённого ему пространства художник использовал для того, чтобы изобразить чудовище, не похожее ни на одно из известных науке живых существ. Огромная массивная туша с длинным острым хвостом, судя по масштабам, достигала в длину нескольких десятков метров и была покрыта крупной блестящей чешуей, идеально отражавшей солнечный свет. На приплюснутой уродливой голове, заканчивающейся хищной пастью с двумя рядами острых зубов, отчётливо выделялись большие чёрные глаза, готовые пригвоздить к стене взглядом любого психически неуравновешенного зрителя.