Мотыльки

А целью у нормальной девушки, должно быть не столько образование…

– А удачно выйти замуж, – недовольно, одновременно с матерью, договорила фразу, Алла. – Слышала, знаю.

– Не ёрничай. Посмотри на нас с отцом. Если бы я вышла за какого-то Васю Пупкина, не было бы у тебя ни платьев этих, ни косметики. И да, это именно благодаря связям отца, ты не в какое-то ПТУ поступаешь, а в международный, между прочим, колледж.

Мать обошла дочку и встала спереди.

– Слушай меня внимательно, – женщина буквально сверлила девочку своими васильковыми глазами.

 – В этом заведении все детки не простые. Но абы с кем шуры-муры не крутить. Времена сейчас такие, многие очень больно падают. Хоть и пытаются держать марку. Мы слишком много в тебя вкладываем. Ты не имеешь права размениваться на ерунду.

– Ну приветики. Ма, – улыбнулась Алла, – а я учиться поеду или женихов искать?

– Дорогая. Современные мужики любят не только глазами. Запомни это. Ты же не глупая девочка, – мать взяла Аллу за подбородок, – должна понимать.

Я беспокоюсь о тебе, твоём будущем. У отца сейчас чёрт знает что творится. А моя принцесса не должна жить, как кухарка. Ты достойна только лучшего.

Она поцеловала дочь и вернулась к её волосам, добавив:

– А уж я и подавно.

Алла хихикнула, подставив кулак ко рту.

***

– Володя! Володя, не пугай меня еще больше этими новомодными словами. Я ни черта не понимаю, – донеслись до Аллы театральные всхлипывания матери. Тихонько прикрыла дверь, чтобы та не скрипнула. Похоже, она не очень вовремя пришла с прогулки.

В проеме было видно, что отец капает в стакан лекарство, считая вслух нужное количество.

– Ритуль, я сам ни черта не понимаю, – бубнил он в промежутке, – что вообще в стране творится. Доигрались, твою мать, в демократов. Все к тому и шло. Я чувствовал.

– Тогда почему ничего не сделал?

– Что я могу сделать? Что? Все, все наши сбережения – один большой пшик. Мы нищие! – с надрывом в голосе произнес отец, с громким стуком ставя стакан.

Алла закрыла рот руками, чтобы не закричать.

– Не смей произносить этого слова! – взвизгнула мать. – Ты обязан, слышишь, просто обязан что-то сделать. Ради меня. Ради Аллочки.

Мать рыдала. Отец метался по комнате. Алла со слезами на глазах наблюдала эту сцену. В мозгу звучал голос отца: «Мы нищие». Это невозможно. Невозможно.

Алла попятилась назад и помчалась прочь из квартиры, хлопнув входной дверью. Нет. Нет, ей послышалось, показалось. Она не может лишиться всего.