Герцог-упрямец

– Она занялась этим совсем недавно, как раз перед тем, как приехала в Лондон. Подписала договор с Хьюмом на месяц или около того.

– С Хьюмом? С этим радикалом?

– Да, с ним. Но он считает, что нанял для дочери не гувернантку, а учительницу, – продолжил Лэнгфорд. – Мисс Маккаллум отвечает за преподавание его дочери целого ряда академических предметов. Этим она занималась и в Эдинбурге. Не гувернанткой служила.

Брентворт вспомнил о ее статье в журнале.

– Полагаю, Девина Маккаллум тоже может оказаться радикалкой.

 – Немного подумав, проворчал: – Это бы многое объяснило; возможно, ею движет не жадность, а другие побуждающие стимулы. Начать с того, что она не произвела на него впечатления человека, готового на мошенничество ради собственного обогащения. Но вернуть шотландские земли… Что же это, если не мошенничество?

– Почему ты так говоришь? – Лэнгфорд пожал плечами. – Ведь мой учитель не перенял политические взгляды моего отца. Так с чего бы ей вдруг перенимать взгляды Хьюма?

– Я не думаю, что она что-то у него переняла.

Полагаю, она знакома с ним лишь потому, что оба они солидарны в своем отношении к одному и тому же вопросу.

– Вопросу? В единственном числе? – пробормотал Страттон. – Полагаю, ты имеешь в виду шотландское дело. Я думаю, можно с уверенностью сказать, что после казней в двадцатых об этой истории нужно забыть.

– Аманда говорит, что у ее новой подруги нет вовсе никаких политических взглядов, – сообщил Лэнгфорд.

– Но в ее статье описывается путешествие на восток от Глазго, где был эпицентр всех тягостных событий, – возразил Брентворт.

 – А ее пациенткой была жена тамошнего ткача. Она упоминает о его прискорбном отсутствии дома в течение последних нескольких лет и о судебных процессах. Возможно, он был одним из перемещенных.

– И что, это имеет какое-то значение? Сомневаюсь, что она приехала в Лондон, чтобы кого-то убить, – с усмешкой сказал Страттон.

«Нет, она приехала в Лондон, чтобы украсть сотни акров моего наследства», – подумал Брентворт, стиснув зубы.

Лэнгфорд пристально посмотрел на него, и Брентворт мысленно поежился. С большинством других он бы не сомневался, что ничем себя не выдал, но друг слишком хорошо его знал и ухмыльнулся – точно сам дьявол, – и в его голубых глазах заплясали смешинки.

– На самом деле тебе плевать на ее политические взгляды, – заявил он. – Ты просто ищешь предлог интересоваться ею.

Брови Страттона взлетели на лоб, и он тоже уставился на Брентворта.

– Чушь, – отрезал тот.