Грязная любовь

Но если хочешь, можешь помочь мне как-нибудь вечерком на неделе, когда я вернусь с работы, – мне нужно будет измерить лепнину.

Гевин не стал скрывать недовольства, что-то пробормотав себе под нос и надувшись, но все же спустился на две бетонные ступеньки вниз, перешел на свои и перескочил их одним махом. Пройдя мимо матери, он не сказал ей ни слова. Она на него даже не смотрела.

Мы с ней смотрели друг на друга через узенькое пространство, разделявшее наши веранды. На вид она была ненамного старше меня, хотя у нее уже был пятнадцатилетний сын.

Улыбка не сходила с ее лица, и я все-таки раздвинула губы в улыбке, которая не слишком обогнала ее в искренности.

– Желаю хорошо провести время в музее, – сказала я.

Ключ наконец повернулся в замке, и я открыла дверь.

– Непременно, как только мой жених Дэннис за нами заедет.

Ее жених меня совершенно не интересовал, но я все-таки кивнула и хотела было уже зайти к себе, когда меня остановил голос соседки:

– Гевин проводит с вами очень много времени.

Я вытащила ключ, положила его в сумочку и повернулась к ней:

– Он любит читать – я одалживаю ему книги. К тому же он замечательно помогает мне с ремонтом.

Миссис Осли посмотрела на меня.

– Я вынуждена много работать и не могу уделять ему много времени.

Я не совсем понимала, как мне следует воспринимать это предложение – как чувство вины или предупреждение мне.

– Я всегда рада вашему сыну, миссис Осли. И его помощь также неоценима.

Мать Гевина снова окинула меня взглядом сверху донизу:

– Не сомневаюсь в этом.

Я подождала немного, не последует ли за этой фразой продолжение, но она молчала. Тогда я пожелала им приятно провести время в музее и зашла к себе. Закрыв за собой дверь, я прислонилась к ней спиной. Мы с миссис Осли никогда не были добрыми соседями – так, махнем друг другу рукой, встретившись на улице, хотя и жили рядом уже пять лет. Возможно, мы могли поговорить с ней на какие-нибудь интересующие нас обеих темы.

Впрочем, нельзя было утверждать и обратного – что у нас с ней просто нет общих интересов.

Но вообще-то мать Гевина меня заботила мало, поэтому я быстро выкинула ее из головы. Кровать влекла меня к себе, и я не стала тянуть время, надеясь отдохнуть несколько часов, а уж затем видно будет, чему посвятить остаток вечера.

В понедельник мне не было покоя от Марси. Она разочек на меня взглянула и взвизгнула, словно к ней приложили клеймо.