Грязная любовь

– Й-й-ессс! Ты сделала это!

Я продолжала смотреть на свое отражение в зеркале, методично пудря нос и приступая к нанесению блеска для губ.

– Что именно?

Марси принесла в дамскую комнату косметичку – косметический магазин в миниатюре – и тоже стала поправлять себе макияж. У нее были тени для век стольких цветов, что проще было сказать, какой цвет там отсутствует, если такой вообще был. Все тени образовывали комплект с карандашами для губ и глаз такого же оттенка. Кроме этого был стандартный набор румян, пудры, основы для макияжа.

Она разложила на стойке для раковины свои помады, и та стала напоминать коралловый риф, изобилующий трубчатыми червями. Одну из них она протянула мне.

– Ты завела себе мужика.

Ее слова застали меня врасплох, поэтому вместо мазка у меня получилось пятно.

– Прошу прощения?

Она подняла почти идеально тонкую бровь.

– Мужика, сладкая моя. Даже не вздумай отрицать. Да ты сияешь от БСС.

Смеясь, я покачала головой.

– Что такое БСС?

– Блеск свежего секса, сладкая моя, – понизила голос Марси, памятуя о хорошей акустике туалетной комнаты.

Впрочем, в следующую же секунду она выпалила:

– Ну, рассказывай! Чего тянешь?

– Так мне нечего рассказывать. – Я припудрила нос и щеки спонжем, после чего убрала пудреницу и блеск в свою крошечную, в сравнении с Марси, косметичку и засунула ее в сумочку.

– Да ладно, не скрытничай. Я же рассказала тебе про Уэйна.

Она была права. Правила женской дружбы требовали, чтобы я удовлетворила ее любопытство.

В общем-то мне и самой хотелось с кем-нибудь поделиться про Дэна, а Марси, к моему сожалению, была единственным человеком, которого с натяжкой можно было назвать моей подругой.

– Его зовут Дэн Стюарт. Он адвокат. Я познакомилась с ним в «Синем лебеде».

– Так я и знала! – Похоже, Марси нисколько не обиделась, когда выяснила, что в первый раз я ей солгала.

У Марси было столько кистей самых разных форм и размеров, которые она хранила в кожаном чехле, складывающемся рулончиком.

Она вытащила одну и стала ровнять помаду. Я смотрела на нее, совершенно очарованная тем, как ловко она ею работает, словно по цифрам закрашивает квадратики, из которых в конечном итоге должна получиться картинка.

– Неплохая работенка. Подумаешь! Член-то у него этой работенке соответствует?

Я закашлялась и вспыхнула, сама не зная почему, словно до этого не слышала выражений похлеще. А бывало, и сама употребляла ядреный мат.

– Нормальный.