Вишня в шоколаде

Зря она сказала этому мужчине, что он только ради собственного тщеславия положил так много денег в ее шляпу. Напрасно! Откуда ему было знать, что после пережитой трагедии Марианна поклялась никогда больше ни от кого не принимать помощи и не ждать ее? Что ее вера в хорошее была подорвана, когда после кошмарного детства с безответственным отцом-алкоголиком она наконец обрела счастье в браке, а ее муж умер всего через полгода их совместной жизни?

«Незнакомец посмотрел на меня так, словно его самого терзало что-то», – вспомнила Марианна.

Несколько секунд она не знала, что и думать, встретив его взгляд. Но прежде чем принесла свои извинения, он ушел… хромая. Интересно, это последствие какой-то аварии или болезни? Ей вдруг показалось неправильным, что такой крупный, привлекательный и сравнительно молодой мужчина имеет столь очевидный физический недостаток. Хотя это нисколько не портило незнакомца, а даже привносило что-то загадочное в его облик.

– Вы опять перегрузили ногу, не так ли?

– О, ради бога, оставьте делать мне замечания! Я не ребенок!

При взгляде на нахмурившегося доктора Эдуардо подумал, что с радостью навсегда отказался бы от его визитов, которые тот наносил ему каждые две недели.

Но после девяти операций на раздробленной ноге ему было необходимо регулярное медицинское наблюдение. Эдуардо обратился к Эвану Пауэллу по рекомендации своего бразильского хирурга.

– Мне говорили, моя нога со временем станет совершенно нормальной, – нетерпеливо проговорил Эдуардо.

 – Тогда какого черта это тянется так долго?

– Ваше бедро было почти раздроблено. И вы рассчитывали, что легко поправитесь после девяти серьезных операций? И примите мой совет: перестаньте относиться к своему телу как к какому-то механическому прибору!

– Когда мне потребуется ваше мнение по поводу того, как я к себе отношусь, – раздраженно сказал Эдуардо, настроение которого ухудшалось с каждой секундой, – я спрошу об этом!

– Что ж, тогда… – Пауэлл взял с кресла свое кашемировое пальто и аккуратно перекинул через руку.

 – Не надо никого беспокоить. Я выйду сам. Желаю вам доброй ночи, мистер де Сауза.

– Мне не следовало разговаривать с вами таким тоном. Но сегодня был тяжелый день… – Эдуардо встал с кресла, с трудом превозмогая боль в ноге. Он бросил взгляд на французские антикварные часы на мраморной каминной доске. Почему его жизнь продолжается после трагедии, лишившей его жены и еще не родившегося ребенка? – Простите меня.