Дорога домой

Такое чувство, будто освобождённый от суетливых тревожных мыслей ум стал выдавать давно забытое, детское, радостное. Удивительная метаморфоза! Чудесное превращение! Столько лет бежать по замкнутому кругу и вдруг вырваться из него. Свободна как птица в полёте. Никому ничего не должна…Нынешнее состояние так похоже на счастье.

Неужели брак и в самом деле тиски?! Или он становится таковым где двое не любят друг друга?! Стас не ограничивал её свободы, не устраивал сцен ревности, не спрашивал куда деваются деньги.

И всё равно давление существовало. Тиски фальши…

И если раньше она считала, что такая демократичность с его стороны от доброты, от мягкости характера, то теперь точно знала – она от равнодушия.

Вспомнился их последний разговор в то утро, когда он вернулся. Она сказала: "Я отпустила тебя к другой женщине без злобы, по доброму и обратно не звала, ты вернулся сам и снова продолжаешь врать, снова хочешь успеть и туда, и сюда. Но я стала другой и жить так больше не хочу. А путь, который ты выбрал, тупиковый и рано или поздно на тебя посыпятся камни.

Ты их уже собрал на Небе." "-Небось не завалят-усмехнулся муж."

Откинув одеяло, Алина села. Ногами нащупала тапочки.

Как можно было так долго жить с этим самовлюблённым бараном?!– подумала она. Должно быть я спала живя…Или жила спящей.

Она поднялась и не включая свет ни в комнате, ни в коридоре пробралась на кухню. Прикрыла за собой дверь. Щёлкнула выключателем. Поставила чайник на огонь.

Потом юркнула в ванную. Такое, почти беззвучное перемещение по квартире имело свой смысл.

Хозяйка квартиры и её трое-мал, мала, меньше-детей ещё спали. Не стоит нарываться на скандал. Квартиру в Москве найти не просто, особенно не дорогую. Почти месяц Алина названивала уехавшей в Москву сестре, которая искала ей здесь комнату. И только ближе к концу ноября нашлось что-то подходящее.

Алина выключила газ, заварила чай, сделала пару глотков, глянула в темноту за окном. На фасаде соседнего дома светились два окна на первом этаже и на четвёртом.

Они светились так каждое утро. Скоро засветится то что с краю, на втором. Градусник, прикреплённый к раме показывал минус девятнадцать.

Алина зябко передёрнула плечами. Сегодня ещё холодней чем вчера. На ветках ели за окном сидела, нахохлившись, ворона. Чёрная бусинка её глаза то подёргивалась серой плёнкой века, то снова открывалась.

–На ель ворона взгромоздясь, позавтракать уж было собралась,– шопотом продикламировала Алина.