Дорога домой

Открыла крышку небольшой кастрюльки.

Завтракать в такую рань совсем не хотелось. Но в завтраке тоже был свой смысл. До работы добираться, по-хорошему, минут сорок. Силы нужны уже сейчас. А там, на месте, она может выпить чайку с коллегами по работе.

Так уговаривала себя Алина, проглатывая почти не жуя слипшуюся в комок овсянку.

Аванс задерживали и приходилось сидеть на вынужденной диете. Но во всём неприятном, которое теперь с ней иногда случалось, она находила свои плюсы. Вот и сейчас подумалось, что джинсы, в которые она еле втискивалась дома, здесь стали надеваться молнееносно.

Сколько диет было перепробавано ею раньше, памятуя: "растолстеешь-разлюблю". Всё тщетно, не худелось-хоть плачь. А здесь прошло чуть больше месяца и тело потеряло почти все жировые накопления.

Алина глянула на настенные часы. Обе стрелки выравнились в ровную вертикаль. Шесть часов-время выходить, а она ещё не одета! Ринувшись в комнату, быстро натянула на себя тёплые колготки, джинсы, свитер. Вспомнив о температуре за окном, стянула со стула шерстяную кофточку.

Но, как нарочно, от неё оторвалась пуговица и закатилась под диван. Искать, а тем более пришивать её не было времени-в учереждении, где Алина работала, опоздания не допускались. Даже на пять минут.

В коридоре глянула на себя в зеркало и вдруг вспомнила: " Сто одёжек и все без застёжек- кто это?".

Она ещё раз осмотрела своё потолстевшее отображение в зеркале, подумала: "Кто?!"…Капуста!

На вешалке, среди шубок и дублёнок, нашла своё кожаное пальто.

В который раз пожалела, что отправляясь на север, не взяла с собой полушубок. Сшитый то ли из волчьего, то ли из собачьего меха он хорошо бы защитил её от морозного воздуха. Кожанное пальто, только по вороту и манжетам украшенное чернобуркой, для московской зимы явно не годилось. Не спасала даже меховая подстёжка.

Мягко захлопнув дверь, Алина спустилась вниз. Ледяной воздух улицы обжёг лёгкие. Нос и подбородок мгновенно занемели. Пальто стало жёстким. Его негнущиеся полы били по коленкам.

Скрип снега под её сапогами эхом разносился по двору.

"Хруп-хруп"-будто шагаешь по битому стеклу.

Как обманчива тишина московского утра-думала Алина. Пройдёт пару часов и загудят, зашумят машины, почти сплошным потоком двигаясь по дороге; заснуют толпы спешаших куда-то людей.

Сперва по приезду Алину ошеломили шум, гам, людская суета, но прошло немного времени и она так же торопливо стала бежать по своим делам, подчиняясь столичному ритму.