Великий Годден

Секунды за четыре он очаровал ее практически до смерти.

Наше волнение зашкалило.

– Хьюго, дорогой, ты где? – Флоренс склонилась над «Мерседесом» и сняла очки, высматривая в темном углу машины своего второго сына, нашла его, ухватила за кисть, так что он наконец вышел на свет, коричневый и довольно обыкновенный. Он слегка горбился, был выше и тоньше брата и сложен не так атлетически. На нем была простая голубая майка, джинсы и белые кроссовки. И ничего больше: ни тебе причудливого кардигана, пиджака или бейсболки, ни рубашки с логотипом.

Его лицо казалось немного расплывчатым, руки были засунуты глубоко в карманы, голова отворачивалась от мира, и потому было трудно толком разглядеть его. Он казался костлявым и неловким, с большими локтями и коленками, словно молодой грейхаунд.

Заметно было, что он родственник Кита, минус обаяние, минус солнечное сияние, и, кроме того, казалось, ему хочется быть не собой, а кем-то другим.

– Входите, входите, – пригласил Малколм.

Он провел всех в дом и предложил напитки, а Хоуп тем временем обменивалась рукопожатиями с Китом и Флоренс, ведя себя очень церемонно, чего за ней никогда не водилось.

– Как много имен тебе придется запомнить, – тихо сказала она Киту. – Но ты справишься.

Кит безошибочно назвал наши имена, пригвоздив каждого понимающей улыбкой.

Малколм и мама скрылись в кухне, оставив Мэтти глазеть на Кита, а Хоуп – накрывать стол к обеду. Папа и Флоренс болтали, словно старые друзья; Флоренс держала руку на папиной руке, ее звенящий голос кинозвезды взлетал на высоких нотах, как у француженки.

Мэл принес бокалы и разлил итальянское белое вино, ударившее по нашим пустым желудкам, Мэтти начала пошатываться, и это потребовало уверенной руки Кита, и его сочувственной улыбки, и такого взгляда в лицо Мэтти, что, казалось, ее зрачки вот-вот расплавятся.

Кит оглянулся и поймал мой взгляд. Покер был скорее моей игрой, но я тут же поняла, что он понял, что я…

Давайте просто скажем, что в этот самый миг он легко вошел мне между ребер, как нож.

Он смотрел на меня немного дольше, чем требовалось, а потом отвернулся и взглянул на каждого по очереди.

Оооох. Все в комнате задержали дыхание.

Выдох.

– Мои прекрасные мальчики, – провозгласила Флоренс, беря Кита за руку, глядя на него с любовью и ища глазами Хьюго, который пристроился в самом темном углу комнаты и оттуда исподлобья смотрел на присутствующих.