Сага о Рождённом Землёй

– Повелитель думает, что сие видение о новорожденном царевиче? – спросил Лаокоон.

– Повелитель не толкователь видений, – ответил Приам, – тебе виднее. Ведь ты предвещаешь будущее? Тебе боги открывают тайны мироздания? Я хочу увидеть внука, который станет таким мудрым, как виденный тобой младенец и превзойдёт славой и могуществом своего отца…, а народ хеттов при его власти обретёт такую мощь, как виденная тобой ветвь…

Вестовой вбежал с первыми лучами солнца.

– Повелитель! – крикнул он из дверей, – у наследника престола родился сын! Земля Хатти обрела благословение богов!

Приам встал, и поманив молча за собой Лаокоона, поспешил в покои царевны…

Повитухи по прежнему хлопотали, теперь вознося благодарственные молитвы Асменю, покровителю и защитнику детей.

Одна из повитух омывала младенца водой, другая окуривала благовониями, приговаривая полушёпотом известные только ей одной заклинания, в которых желала малышу счастья, крепкой силы и радостных, долгих лет жизни. Повитуха кружилась вокруг младенца держа в руках пучки дымящихся хворостинок, то поднимая их над головой, то опуская низко к полу, из-за чего ей самой приходилось наклоняться, или приседать.

– Зайди солнце за гору, а все лиха за орехову кору, – шептала нараспев повитуха, – на синем море камень, на том камне дуб, на том дубе тридевять ветвей, на тех ветвях тридевять гнёзд, на тех гнёздах тридевять уток – от женочьего, от девочьего, от хлопечьего, от мужицкого – русый волос, чёрный волос, рудый волос, белый волос.

Святые святители, идите ему на помощь; как стал так и перестал…

Повитуха повторяла вновь и вновь свои заклинания, а малыш, удивлённо, совершенно не понимая её, жмурился от лучей восходящего солнца…

Приам взял на руки крохотное тельце новорожденного малыша, укутанного в белоснежную простыню…

– Геркле будет счастлив такой новости, когда вернётся из похода, – прижал он внука к могучей груди, – перед твоим рождением, многомудрый Лаокоон видел дивное видение.

Оно может означать только рождение могучего царя, который прославит нашу державу и превознесёт Трою над всеми городами мира.

– Мы решили назвать его Таг, – прошептала царевна, глядя на Приама, – мы решили с Геркле, когда он уходил в поход, что если родится сын, то будет носить это имя. Ведь этим именем зовут всех людей царской крови. А когда он вырастет и займёт престол своих предков, то само его имя будет говорить, что он Царь Царей.