Его дерзкая пленница

Он не имел права читать ей лекции, как будто ей было десять лет.

Юлий не был в ее вкусе, но он был так чертовски привлекателен!

И почему его имя было смутно ей знакомо? Где она слышала его раньше? Внезапно Холли все вспомнила.

Юлий был одним из сыновей-близнецов знаменитых актеров Ричарда Равенсдейла и Элизабет Альбертини. Они были ведущими актерами Лондона. Поженились тридцать четыре года назад и отпраздновали свою первую годовщину уже с близнецами на руках. Через семь не совсем простых лет они развелись.

Этот развод обсуждала вся общественность. А затем три года спустя они поженились вновь, и через девять месяцев у них родилась дочь Миранда.

Холли подумала, что Юлий выбрал жизнь в Аргентине, поскольку это позволяло ему быть как можно дальше от своих родных. Внимание, которое они привлекали, трудно переносить, особенно учитывая, что ни он, ни его брат не пошли по стопам родителей. И Юлий ни разу не упоминал известность своих родственников, хотя много раз мог это сделать.

Может, поэтому он был так против ее присутствия здесь? Боялся, что это привлечет внимание прессы? Холли представила заголовки: «Сын знаменитостей живет с оборванкой с криминальными наклонностями».

Холли поджала губы, подумав о том, что если пресса узнает обо всем, то и к ней будет привлечено слишком много внимания. Она бы не хотела, чтобы ее слизняк-отчим узнал, где она находится сейчас. Хотя, учитывая, что у него есть друзья в высших кругах, он был способен уже все узнать или посчитать своей святой обязанностью выяснить это.

Франко Моралес имел множество влиятельных связей. Как только она получала работу, сразу же все шло не так. Ее последний работодатель обвинил ее в краже денег из кассы. Может, Холли и была бунтаркой, но не воровкой. Но деньги были найдены в ее сумочке, и она не могла объяснить, как они там оказались. Даже камеры, установленные в магазине, были загадочным образом выключены. Ее выселили из трех квартир из-за порчи имущества. Но она знала, что за всем этим стоит отчим.

Именно поэтому она ключом исцарапала его новую дорогую спортивную машину. И гербицидами написала на его ухоженной лужайке так, чтобы видели все соседи: он бьет жену.

Холли считала, что мать никогда бы не покончила с собой, если бы не долгие годы финансового, эмоционального, физического насилия от человека, который настаивал на полной покорности. Рабской покорности. Унизительное послушание превратило мать в тень. Они жили то в нищете, то в роскоши.