Путешествие Иранон

Поймав мою кисть, маг взглянул на неглубокую кривую царапину, проходящую вдоль костяшек пальцев. Кровь капала на землю, заставляя демонов рядом насторожиться. От их внимания по спине прошел холодок.

Они точно удержаться от желания меня сожрать?

Склонившись надо мной, Давид осторожно прикоснулся к ране, сосредоточившись на своей работе. От его рук повеяло холодом, какой бывает от лечебной магии.

– Спасибо.

– Не дергай ее лишний раз, или рана откроется, я пока поберегу силы и не буду залечивать полностью.

– Ладно, а есть чем вытереть и перевязать?

– Минуту, я брал с собой бинты.

Мужчина вернулся к сумкам, выискивая необходимое, я вновь повернулась к Алану, надеясь на то, что он не истратил всю оставшуюся воду, но вместо этого увидела, как мальчик жадно слизывает упавшие на бурдюк капли крови.

– Алан?

Голос предательски дрогнул, а к горлу подкатила тошнота, на миг показалось, что передо мной сидит еще один демон, лучше и ловчее остальных, притворившийся человеком.

То, с каким удовольствием он собирал эти крохотные красные бусины, испугало меня чуть ли не больше, чем появление Тахира.

Встав, мальчишка быстро двинулся ко мне, неотрывно смотря на мою руку, а я не могла и шевельнуться от ужаса.

– Алан, прекрати!

Давид оказался рядом и, задвинув меня к себе за спину, встал перед переменившимся в лице Аланом. Его черные пустые глаза смотрели растерянно, он явно не понимал, почему не может получить желаемое.

– Дядя?

– Так нельзя делать.

– Это вкусно.

– Она не еда, Алан, запомни это, иначе я верну тебя матери.

Вздрогнув, мальчик побледнел еще больше и в страхе замотал головой, по его щекам тут же потекли слезы. Вцепившись в одежду мага, словно утопающий, он зарыдал.

– Не надо маму, не надо, не надо…

Словно маленький попугайчик, Алан продолжил повторять это так, будто от этих слов зависела его жизнь и дальнейшее существование. Я впервые видела, чтобы кто-то был столь отчаян, как этот маленький человек.

Хотя, человек ли? Смотря на ребенка теперь, я ощутила, как весь мой ужас разом схлынул, оставив лишь неприятный осадок. И чего я перепугалась? Только панику навела зря…

– Тише-тише, просто извинись, ты же знаешь, как это делать.

– Извините, извините, пожалуйста, извините…

Пошел новый виток повторов, прерываемый лишь всхлипами. Не выдержав, мужчина присел, обняв племянника и стараясь его успокоить, но плач даже не собирался заканчиваться.