Руководство для девушек по охоте и рыбной ловле

Шел дождь, ее артрит обострился, и она вела себя еще капризнее, чем обычно. Была всем недовольна; спросила маму: «Луиза, зачем ты напялила эти шорты?»

Папа сбежал в спальню.

А потом – само собой – бабушка задала свой коронный вопрос:

– Помнишь стрижку, которая была у тебя в Париже той весной?

Двадцать пять лет назад мама год провела за границей. Так вот, парижская прическа была из той эпохи.

Мама сделала вид, что зевает, и сказала, что тоже пойдет поспит.

Мы с бабушкой остались вдвоем. Я спросила про мамины волосы:

– А разве сейчас ей плохо?

– Раньше было лучше, – отрезала бабушка.

– А представь, – сказала я. – Тебе нравится короткая стрижка, а твоя мама убеждает, что длинные волосы лучше. Вот как бы ты себя чувствовала?

– Если бы могла, носила бы длинные, – ответила бабушка и развернулась ко мне. – Тебе надо следить за головой, Джейн. Если очень постараешься, будешь хорошенькой.

Я даже не стала делать вид, что зеваю, – просто ушла к родителям. Они оба читали в постели, и я пристроилась посередине.

– Ее переклинило на парижской стрижке, – пробурчала я. – Что хоть там было?

– Веришь, не помню, – призналась мама.

– Временами на нее находит. – Мне хотелось поговорить, хотя родители вроде бы читали, а не слушали. – Наша бабушка уверена, что зеркало души – волосы, а вовсе не глаза.

Мама хихикнула. В обществе собственной бескомпромиссной матери она чувствовала себя подростком.

Отец веско произнес:

– Волосы – это крыша.

Перед ужином бабушка читала газету, цокая и жалуясь в пространство, что мир катится в пропасть.

– Ну и что хорошего было, по-твоему, в этом добром старом времени? – в запале спросила я.

Мне самой не понравилось, как желчно прозвучал мой голос, и я тут же поправилась:

– Вот скажи, чего именно тебе сейчас недостает?

Бабушка подбирала слова, и я ждала очереди высказаться на тему, что сейчас все гораздо лучше, чем было раньше. Сейчас я напомню ей про гражданские права и движение женщин.

– Недостает? Мальчика, который зажигал по вечерам уличные фонари, – сказала она наконец. – Он носил с собой скамеечку.

И вот тут я поняла: это совсем как моя тоска по острову Нантакет, – и накрыла ее руки своими. До меня дошло, что все куда сложнее, чем может показаться.

Джулия и Генри вернулись, когда мы доедали десерт.

Мама сразу отреагировала, будто мы все вместе приготовили для бабушки большой сюрприз.