Объятия перламутра

Хотя чрезмерно отросшая борода придавала его лицу суровый вид и старила, глаза капитана по-ребячески сверкали.

– Господин Никджин, мы ожидали вас вместе с отцом! ? удивился мужчина, заметив ребенка.

– Я вышел погулять и заблудился, ? пробормотал маленький дракон.

– Ясно… Тогда вам лучше подождать в каюте, я сейчас же отправлю кого-нибудь к вашему отцу.

– А можно я посажу Лили на ее корабль? ? спросил ребенок.

– Ага, а потом я буду думать, как поймать твой золотой хвост? ? Нет-нет, пусть остается под присмотром.

– А зачем его ловить? ? удивился капитан.

– Чтобы не махал им, где не нужно, ? проговорила я, надеясь, что скрещенные на груди руки и задранный подбородок придали мне вид знатока драконьих выходок.

Кажется, капитан ничего не понял, но все же подтолкнул ребенка в сторону корабля.

– Спасибо, что вернули мальчика, ? мужчина снял треуголку и склонил голову в поклоне. ? Где вас можно будет найти? Уверен, господин Найлим захочет лично вас поблагодарить.

– В море, я надеюсь, ? улыбнулась я. ? Тоже сегодня ухожу в плавание. Прощай Ник, мне было ужасно интересно с тобой познакомиться.

В порыве чувств мальчик обнял меня, крепко стиснув мои ребра:

– Приезжай ко мне в гости! Я Никджин Дансейн, все знают, где я живу.

– Запомнила, ? кивнула я. ? Если Фортуна улыбнется нам, я навещу тебя, Николас Дансейн, ? Я еще раз обняла обаятельного мальчугана и отправилась на поиски собственного корабля.

Я прошла вдоль всей гавани в надежде, что фрегат еще ждет меня, но тщетно.

Пятки мои были стерты в кровь, руки ныли под тяжестью сумки, а мечта попасть на материк откладывалась на неопределенный срок. На обратный подъем до дома сил уже не было. Наткнувшись на небольшую скамейку, стоящую на берегу, я села и вытянула ноги. Было тошно смотреть на то, как величественные корабли превращаются в маленьких жуков на горизонте. На одном из них уплывали мои деньги, оставляя меня заложницей острова ещё на год.

Вдруг вспыхнули несколько факелов, расположенных вдоль дороги. Сами собой! Точнее, не сами, ? кажется, это я их зажгла. В последнее время силы все чаще вырывались наружу, а совладать с эмоциями становилось сложнее. Стоило себе признаться: мне страшно. Кто знает, что я успею натворить за год?

Сбережений у меня не осталось. Мирана скорее всего позволит работать вместе с ней, собирать травы, замачивать коренья. Но много она мне платить не сможет.