Полуночная девушка

Все знали: Танит уверена, что из нее получилась бы куда лучшая Повелительница драконов, но то, что она сказала сейчас, даже для нее было дерзостью.

– Гай слепо любит тебя, несмотря ни на что, – проговорил Дориан. – Но мне ты не сестра.

– Нет, конечно. – Танит расплылась в ядовитой улыбке. – Я слышала, у тебя другие привязанности.

Дориан напрягся, и Танит улыбнулась еще шире.

– Я не понимаю, о чем ты, – ответил Дориан и сам осознал, до чего фальшиво звучат его слова.

– «Эта женщина слишком щедра на уверения, по-моему».

[6 - Фраза из пьесы У. Шекспира «Гамлет», пер. М. Лозинского. Обычно используется в иносказательном смысле: имеется в виду, что своими протестами говорящий выдает себя с головой.]

Дориан решил не удостаивать ее ответом… Он шагнул вперед, так что одна нога оказалась по щиколотку в воде, а другая на берегу, бросил пригоршню сумеречной пыли, наполовину в море, наполовину на песок, и произнес заклинание, открывавшее портал в междумирье. Поднялись черные вихри, и в мгновение ока стражники исчезли.

– Счастливого пути, – произнесла Танит. Лицо ее скрылось из виду во мраке междумирья, но Дориан и по голосу понял: на самом деле ничего хорошего Танит им не желает.

Глава десятая

Эхо шла по многолюдной Сент-Маркс-плейс, старательно обходя толпы учениц католической школы, расположенной неподалеку. Девицы щеголяли в неприлично коротких клетчатых юбках, покуривали украдкой. Фильтры сигарет были вымазаны вишневым блеском для губ. Школьницы косились на проходившую мимо Эхо, как будто она представляла угрозу для роскошного особняка, в котором разместилось их учебное заведение, точь-в-точь напротив забегаловки с фалафелем.

Эхо на них не глядела. В другой жизни она могла бы быть одной из них.

Новое и старое причудливо перемешались на этой улице: как ни старались городские власти облагородить район, но прошлое упрямо цеплялось за грязные тротуары Ист-Виллиджа. Тату-салон, который по совместительству был блинной, ютился между ярко освещенным баром с замороженными йогуртами и магазином, где, похоже, продавались исключительно футболки с ироничными надписями.

Над головой Эхо висел метровый пластмассовый хот-дог – вывеска заведения «Криф Догс», где продавали лучшие сосиски в Нью-Йорке. Эхо распахнула дверь, улыбнулась девушке за прилавком, которая сидела, задрав на кассу ноги в ботинках, и наматывала на палец длинную прядь голубых волос. Девушка не улыбнулась в ответ. Ну и отлично. Эхо сюда все равно не за хот-догами пришла.