Злодеи

Сосредоточенный на внутренних ощущениях, Всеволод слегка подпрыгнул от неожиданности, когда на соседний стул сел Илья.

– Вот ты где, – сказал он, стаскивая последний слайс с тарелки, – Чего такой озадаченный? Я дико голодный, как до новостей, так и физически.

Они заказали фирменный чай на вынос, старший следователь предложил пройтись в поисках более тихого места, сославшись на то, что он целый день сидел в кабинете и надо бы размять кости.

Стемнело и повсюду зажглись уличные фонари. Машины плотными потоками двигались в обе стороны.

Прохожие спешили по своим делам. Длинная улица была похожа на вернисаж из-за ярко освещенных витрин магазинов, ресторанов и кафе. Илья изучал приложение для путешественников. Всеволод терпеливо ждал.

– Ты знаешь, недалеко есть улица, на которой до сих пор сохранились газовые фонари. Судя по карте, там расположены кафе с отличными отзывами. Нам надо свернуть на следующем перекрестке, – Илья махнул в нужную строну, – и пройти триста метров прямо.

Дорогу разделяла большая каштановая аллея.

Изредка в желтых пятнах газовых ламп появлялись одинокие прохожие и собачники. Друзья выбрали маленький семейный ресторанчик всего на три столика. Тихая шепелявая мелодия доносилась из старинного музыкального автомата с изрядно потертыми пластинками.

– Итак, – Всеволод воодушевлённо потер ладонь, – если твоя гипотеза верна – я нашел культ, последователи которого могут творить здесь весь этот мрак.

Врач попробовал взять трагическую паузу, но Илья, не отрывая взгляд от меню жестом предложил ему не останавливаться.

Психиатр подробно изложил все, что узнал из дневной экскурсии. Подошел официант. Всеволод выбрал десерт и чай, следователь заказал крафтовое пиво, салат и большой кусок мяса.

– Есть одно серьезное отличие, – продолжил Всеволод, когда они снова остались одни, – в прошлый раз мы пытались предсказать на плане города и области место жертвоприношения, сейчас важно понять логику выбора того, кто в будущем, по мнению убийцы, совершит преступление.

– Я раскаиваюсь во всём, что сделаю, и клянусь, я не делал того, что сделал.

– В точку, но только на той стороне не Джон Эндертон, а, скорее, Элис Морган.

– Тем интереснее.

Официант, одетый на старомодный манер в белую рубашку, темно-зеленую жилетку из плотной шерсти, большой черный фартук и такого же цвета брюки принес заказ Всеволода и пиво Ильи. Панакота с клубничным вареньем таяла во рту, оставляя молочный вкус на языке.