Констант: хрупкие миры

Мы помогли тебе выплатить штраф, с условием, что ты продашь акции компании MODU.

– Кто это мы? Какие условия, малыш? не ты помогал выплачивать штраф, а значит и не тебе решать. Тем более, какая разница, кому достанутся деньги в мире моды? Там обитают люди не далёкого ума. Зачем им быть миллиардерами, если они и с миллионами не знают что делать?

– А ты видно, очень далёкого ума, раз у тебя уже, сколько там? Двести двадцать миллиардов? Ты понимаешь, что чем богаче богачи, тем беднее бедняки?

– Ой, на свой счёт посмотри для начала.

Поверь, я найду им применение. Моя жизнь только начинается.

– Что ж, пока ты с Джаредом, тебе море покалено. Но, помни, что он тебя не любит. И, в любой момент может перестать помогать.

– Вот именно. Я у вас, как затычка на любовном поприще. Я дольше всех была ангелом, и мне уже известно, какого это, когда ты никому не нужен. Поэтому, я просто пытаюсь наверстать упущенное.

– Ладно, заболтала ты меня. Пойду уже. Сам поговорю с остальными, – отправился в гостиную Глэйсон.

Там не было никого, кроме маленького Питбультерьера – одного из его питомцев. Увидев на столе завтрак из овсяной каши с крупными дольками киви и апельсина, он поднял тарелку, и никого не спрашивая, съел его, лежащей рядом чайной ложкой. Собака забросила на него свои передние лапы, встав на задние. Глэйсон начал гладить её по голове левой рукой, а правовой, раз за разом уплетает еле тёплую еду. Тем временем из зала раздался женский крик:

– Ванесса! Ты здесь?! Мы пришли, мамуля.

Упс. – Резко остановилась стройная смуглая девушка в модном тряпье и блестящими цацками. Следом за ней вошла ещё одна миловидная дамочка.

– Эмми? – улыбаясь, парень небрежно поставил на стол, пустое белое блюдце. – Мамуля? – посмотрел он с призрением на Ванессу.

– Не подумай ничего лишнего, это Бэт сказала, – оправдываясь, Эмми, кладёт на стул свою модную маленькую сумочку.

– Где остальные дочки? – подошёл к ней вплотную Глэйсон.

– Я, особо не с кем и не общаюсь, – вспоминает она.

 – Парень начал гладить её за плечи и талию.

– Эй, ей нельзя здесь находиться, – прервала их ласки Ванесса. – Как она попала в дом?

– Брось, – повернулся к ней парень. – Это же обычный дом. Мы все знаем её очень давно. Она ничего не украдёт, кроме, может быть, моего сердечка, – опять начал тискать девушку Глэйсон.

– Как знаешь. Я тебе не указ. Ты играешь с огнём. В любой момент, может прийти проверка, и у всех у нас будут проблемы.