Гость

Тот опустил свирель и сказал:

– Ба, да это же маленькая Молли Кловеролл с бродяжьим ребёнком на спине. Что привело тебя сюда в столь поздний час? Готов на что угодно спорить: точно не для того, чтобы купить у меня ленты, бусы и цветы.

– Этот уродец ни за что не уснёт, если его не выгулять при лунном свете, – ответила я и сама удивилась, как быстро ложь слетала с моих губ. – Это его убаюкивает.

– Ах, я знал нескольких таких детей. – Он протянул руку через моё плечо, чтобы погладить Гостя по голове.

– Осторожнее! – предупредила я его.

Старик рассмеялся:

– Не бойся. Даже самая злая собака на свете знает, что меня лучше не кусать.

Я сделала шаг, чтобы пойти дальше, но торговец остановил меня.

– На твоём месте я бы не шёл дальше. Там впереди перекрёсток, а за ним лежит Мирквуд. И то и другое – опасные места для юной девушки и малыша в такую тёмную ночь.

– Я не пойду дальше поворота, – ответила я и указала туда, где дорога сворачивала в сторону.

– Ты ведь не обманываешь меня, верно?

Я скрестила за спиной пальцы и покачала головой:

– Нет, сэр, с какой стати мне вас обманывать.

– Тогда будь осторожна. – Он отошёл в сторону, уступая мне дорогу, и приподнял жёлтую шляпу. Чёрное перо на ней качнулось. – Пусть любое зло обойдёт вас стороной.

Облегчённо вздохнув, я перешла мост. На другой стороне я оглянулась, чтобы проверить, наблюдает ли за мной торговец, но он уже повернул к деревне. Копыта лошади зацокали по камню, колокольчики на сбруе тихонько зазвенели.

Вскоре дорога повернула в сторону, и деревня почти скрылась за поворотом. Отсюда она казалась скоплением крошечных домиков, похожих на кучки камней, брошенных детьми у обочины дороги после игры. Впереди, прямо за горой, лежал лес Мирквуд. Устроив Гостя повыше на спине, я зашагала по склону холма наверх. Оттуда я посмотрела вниз на тёмный лес. Он тянулся далеко, покуда хватало глаз, ограниченный морем с одной стороны и Тёмными Землями с другой.

И вновь Гость приподнялся выше, чтобы смотреть вперёд поверх моей головы.

Спускаясь с холма, я какое-то время шагала быстро, но каменистая дорога, на которой я то и дело спотыкалась, вынудила меня сбавить шаг. Не хватало ещё упасть с такой поклажей на спине!

У подножия холма был перекрёсток дорог, тёмный от печали и дурных предчувствий. В этом месте хоронили тех, кто наложил на себя руки.