Продолжай трогать меня

У меня есть человек, который некоторое время следит за сабами после окончания игры. Алексис, как он выяснил, переехала во Францию. Я решил, что с ней в порядке, и отменил наблюдение, но, как оказалось, зря. В то время я находился в растерянном состоянии из-за тоски по тебе, поэтому был не осторожен.

Эдриан прервал свой рассказ, но в нем осталась недосказанность. Мужчина не смотрел мне в глаза, а опустил взгляд, он заметно нервничал. Мне было необходимо узнать все до конца, и терпение выходило из-под контроля.

– Я не понимаю, к чему ты клонишь, Эдриан, – призналась я.

Супруг осмелился взглянуть на меня, и в тот момент я поняла, что ничего уже не будет, как прежде.

– У Алексис от меня ребенок, – сказал Эдриан, и для меня это прозвучало, как приговор. Не дождавшись ответной реакции, мужчина продолжил, – недавно она вернулась в город, это стало известно моего информатору.

Он узнал, что Алексис приехала с ребенком, я принял решение встретиться с ней и поговорить. Тогда она забеременела, но думала сможет воспитать ребенка сама, располагая средствами. Если бы мне стало известно обо всем сразу, я бы не позволил ей улететь во Францию.

На коже выступил холодный пот, от осознания, что, если бы Алексис тогда приняла другое решение, мы бы с Эдрианом не были вместе. Он всегда мечтал о семье и мог обрести ее с очередной любовницей и совместным ребенком.

Если бы Алексис осталась, муж не стал бы искать меня, и в последствие мы бы не поженились.

Мне стало дурно, но на секунду вернулось здравомыслие, которое от Эдриана, скорее всего, сбежало, едва представилась возможность почувствовать себя отцом.

– Ты делал ДНК-тест? – спросила у супруга.

– Нет, мальчику сейчас около года, все совпадает, – наивности у Эдриана было не занимать.

Словно история с бывшей невестой Кассандрой ничему его не научила.

– Эдриан, это может быть даже не твой ребенок!

– Это мой сын, Доминика, – строгим, не терпящим возражений тоном сказал мужчина, стараясь убедить то ли меня, то ли себя, – и я чувствую ответственность за него и Алексис.

– И что это значит? Что ты собираешься делать? – искренне не понимала я.