Когда погаснет Солнце

Космомина! О чем думают вояки, когда придумывают названия своим детищам?

От «косм» или от «мимики» будет сия химера?»

…обстановка всеобщего энтузиазма и духа новаторства… совершенствование и отработка систем максимальной скорости внедрения в космическое пространство…

Ух, заговорят Восхождение, – доносится шепот. – Потопят в словах…

Принцесса узнает голос Кременя. На нее не смотрит, значит, не все так страшно и необратимо. По склоненной феске видно: внимательно слушает доклад.

Кремень – учитель боевых действий с ножом.

Принцесса помнит его с самых первых сознательных дней жизни. Это правнук самого Мухтарбека. Он же твердит, что метание ножа развивает стратегическое мышление: «Настоящий боец выпустит свой нож только в крайнем случае». Хотелось бы увидеть этого добряка в тот крайний момент…

Жена Кременя в списке пропавших без вести на «таможне» Цереры…

Супер-штурмовик с беспредельными возможностями…– вещает Главный психолог.

Досадно. «Для чего ж я здесь? – задает себе вопрос Принцесса.

Думала, познакомится с британским саксом Жоржиком – и свободна. Все свободны. А выходит, накачка боевым духом.

Но вот доносится новость, подслушанная у дверей Тронного зала:

Генетики РАН объявили об открытии кода любви к отечеству. Гаплогруппа за номером…так-разтак…по имени Делькада.

Ах, верно, кто-то где-то и когда-то внедрил эту «делькаду» в мою ДНК.

Принцесса, кажется, незаметно для себя, сказала эту мысль вслух – и Мастер Боевого Ножа обернулся и посмотрел на нее.

И, правда, от духоты и впечатлений трудно себя контролировать.

Фемтофайлы, как цветомузыка в дэнс-холле, сменяют один другого, и в феерической темноте зала люди не стоят, а все равно что «вальсируют» под мелодию восхитительного будущего.

…Было так: девчонкой родители отослали маленькую Принцессу в Ниццу.

Как ни благоухали мимозы, как ни манило мартовское море – ее сердце оставалось среди снегов, среди тонких вьющихся стеблей под ними, среди некрупных и не забористо пахнущих цветов робкой весны, среди плавных, не источающих знойную мощь холмов, полных затаенной ручейной силы, не видимой тому, кто не рожден этой землей.

Она изнывала в разлуке. Стремилась к своей Гее пуще Антея. Близкие заметили, что, вернувшись, стала «заедающим» диском с напевами, стихами и пересудами – только о ней. И если вы спросите, счастлива ли Принцесса в свои шестнадцать, то ответит «да», так как разгадала счастье, когда вернулась.

И главное. Нет худа без добра.