Стереть зиму с городского лица

– Ежели чего, сигналь азбукой Морзе, – было последним напутствием Барбоса. —Один стук —точка, два стука —тире.

Так Витя стал капитаном «Жемчуга» и обладателем превосходного игрушечного джипа.

Ну, конечно, и птичьей клетки. С попугаем.

Глава

6

Кораблекрушение

Витя играл с джипом, а Кеша, уединившись в мамином кабинете, «читал» книги. Попугай без устали пролистал почти все мамины журналы «Лица бизнеса», складывая «прочитанные»друг на друга. На шкафу пирамида уже достигла потолка. И тут рухнула.

–Полундра! —заорал Кеша. —Бунт на корабле! Туши свет, суши весла!

Книги, падая, зацепили вазу с цветами, стоявшую на подставке. Вытекшая из вазы вода попала в контакт удлинителя. Раздался треск, посыпались искры…

В квартире, точно прислушавшись приказа капитана, погас свет.

Прибежавший Витя ничего не видел в кромешной темноте.

–К-кто б-бунтует? —спросил он, заикаясь.

– Сухор-рылые скелеты, – ответил попугай.

Тут Витю кто-то схватил и принялся покрывать поцелуями.

–Как хорошо, что ты цел! —услышал он, наконец, и понял, что в темноте его обнимает вовсе не скелет, а мама, прибежавшая с кухни.

–Концер-рт, концер-рт! —разорялся Кеша и хлопал крыльями.

После Кешиного концерта Витина мама сказала, что никогда не думала, что название «попугай» говорящее. Она так зауважала Иннокентия, что подарила новому члену семьи большое махровое полотенце. Повесив его на Кешину клетку, сказала, что очень хорошо понимает соседей, любит их и с нетерпением ждет возвращения.

Утром мама ушла на работу, когда капитан «Жемчуга» еще спал. Она поцеловала сына на прощанье и что-то сказала. Что – сын спросонья не разобрал, но согласился. Он хотел, чтобы мама ушла спокойной.

Возможно, Виктор пообещал помыть посуду. Поэтому, окончательно проснувшись, он первым делом поставил чайную посуду в посудомоечную машину и нажал кнопку «Пуск». Потом скрутил журнал «Лица бизнеса» в виде подзорной трубы.

Морская посудина, подняв паруса-шторы, устремилась навстречу штормам. С капитанского мостика —балкона, «морской волк» пристально всматривался в фарватер – линию хода судна.

Провода от укрепленной над квартирой городской веб-камеры служили канатами фок-бом-брамстеньги. В нижних кубриках за квадратными иллюминаторами сидели матросы и набирались сил для предстоящих приключений.