Возвращение Короны

Нарушитель проезда на общественном транспорте размашисто начертал: «Синицын»–и стал засовывать копию документа во внутренний карман. Полицейский заполнял бланк на планшете, очевидно, выписывая квитанцию на оплату штрафа.

Виталий мысленно уже был в гипермаркете, решив оплатить штраф после праздников.

–На сколько меня «уделали»? – поинтересовался он, разумея под местным словечком прореху в своем бюджете.

–Не знаю, может, и пожизненно, – неожиданным образом ответил полицейский, оторвавшись от писанины.

Рука Виталия Сергеевича Синицына дрогнула.

–Пожи-изненно?..

Полицейский втянул голову в плечи, закачал ею из стороны в сторону, как болванчик, всем корпусом, упорно избегая взгляда. Это вызвало беспокойство. По спине разбежались мурашки. Юноша огляделся.

Патрульные впились в него немигающими глазами, сжав тесным кольцом.

–Грешно шутить над больными людьми, – попытался укорить он стража порядка и возвратил причинный листок из внутреннего кармана для детального изучения.

–«ИЗВЕЩЕНИЕ об ОПОВЕЩЕНИИ, –прочел название озадаченно.

Поднес бумагу к самому носу, извлекая из кармана раздавленные ночью окуляры…

Пока он раз за разом перечитывал текст, пытаясь уяснить упорно ускользающий от понимания смысл, несмотря на все старания не вмещающийся в голове, незнакомый голос произнес:

–Поздравляю вас. Вы пробились сквозь асфальт.

Виталий поднял голову.

Через плечо одного полицейского на штрафника смотрел другой, повыше ростом и рангом.

–К-какой асф-фальт? – стылыми от мороза губами переспросил Виталий.

–Сизый.

Мороз добрался до самого сердца.

Ситуация, на первый взгляд, стандартная…Но что-то сильно напрягало бедолагу.

Пока полицейский зачитывал вслух документ, безбилетник, вместо того чтобы слушать, напряженно щурился: ему, странным образом казалось, что рот полицейского не двигается. Даже пар изо рта не идет. Что за черт?

–…решение Всенародного референдума…

Ну вот, ни капельки, не идёт.

Поднес руку к своему – для проверки ощущений.

–А-а…

Рот открывался беспрепятственно. Пар шел. Виталий снял очки и взглянул на полицейского.

– Вы телевизор хоть иногда смотрите? – ни с того ни с сего спросил тот.

– Не-ет, – протянул бедный студент.

– А п-почему?! – гаркнул полицейский, нависнув над ним.

Казалось, он ненавидит бедолагу за игнор телевидения, и лишь закон запрещает ему применить физические санкции.

Мороз, между тем, дошел до самых пяток. Такого Виталий никогда не испытывал.