Отец подруги купил меня

Он всегда мне казался таким большим, но сейчас я задыхаюсь от нехватки кислорода, потому что все свободное пространство занимает этот мужчина.

Мирон, его зовут Мирон. Красивое имя, ему идет. Ну вот опять.

– Ну, ты сам напросился, – звонкий голос подруги помогает немного прийти в себя. – Я хочу татуировку. Рукав. Забить полн…

– Нет, – он бесцеремонно обрывает воодушевленную идеей дочь. – И это не обсуждается.

– Почему? – капризно топает ногой Ася. – Что в этом такого? Двадцать первый век, пап! Ты сам весь в татуировках!

– Моя дочь не будет пачкать свою кожу.

Ты из приличной семьи, Ася. Поэтому тема закрыта.

– Но папа, что… Даже у Вари есть, и не одна!

– Ася! – шиплю на нее, буравя взглядом, но видимо выгляжу не убедительно, потому что эта зараза кажется слишком довольной.

– И что же у вас за татуировки, Варвара, – предельная серьезность в тоне Мирона заставляет меня напрячься, – и каков был мотив портить столь юную кожу?

Варвара.

Кажется, будто его язык только что трахнул мое имя.

– Простите, но это личное…

– У нее бантики, – не унимается подруга, а у меня уже ладони чешутся, так хочется придушить ее. Это полный провал. Под ложечкой начинает неприятно посасывать, и я не сразу нахожу в себе силы огрызнуться, только выходит нечто похожее на жалкий писк котенка. И конечно же ни на йоту не останавливает мою подругу, которая продолжает рыть мне яму у ног своего отца.

Я даже боюсь представить, что будет, если он меня узнает, а вероятность этой катастрофы набирает обороты. Особенно когда я замечаю, как его дикие глаза прожигают мои родинки, которые я тут же прячу за волосами, перекинув хвост обратно.

– …я тоже хотела бы такие, но повторяться не комильфо. Да и с ногами мне не так повезло, у Варьки вон какие стройные.

– У тебя все отлично с ногами, Ася, – ворчу я, захлебываясь в приближающемся провале.

А стоит мне предпринять попытку встать с места, с ужасом понимаю, что это мне не позволяет сделать рука, схватившая меня под столом за щиколотку. Твою ж мать. По спине будто лопатой прилетает, выбивая из легких весь воздух, даже кожу в районе лопаток покалывает. Но я отчаянно пытаюсь не погибнуть в этой чудовищной реальности.

Он ведь не дурак, чтобы за семейным обедом выказать к моей персоне излишний интерес.