Отец подруги купил меня

 – Девушка на секунду прикусывает нижнюю губу и, черт подери, я из последних сил сдерживаюсь, чтобы не впиться в ее рот голодным поцелуем. – Мне нужны деньги.

Я не хотел этого слышать. Не хотел, чтобы эта девушка была одной из них. Почему, блядь?

– По-твоему, это гуманный способ их заработать? – мое раздражение никак не может заткнуться, и я убираю руку с хрупкой шеи, чтобы не переломить ее. – Зачем тебе деньги?

Карие глаза девушки расширяются. Проклятье, мне нужно остановить свои властные замашки.

– Учеба.

 – Бунтарка немного смелеет и пронзает меня глубиной своих глаз. – Я хочу попасть в престижный универ. Получить хорошее образование, а потом уехать отсюда и начать жизнь с чистого листа.

– Новую жизнь хочешь, значит?! —провожу языком по зубам, качая головой в такт своим словам. – А твой кукольный мозг задумывался о том, какие уроды сюда приходят? Ты знаешь, как они обращаются с местным товаром?

– А чем вы отличаетесь от… них? – выпаливает, запинаясь в конце.

Под звук собственного стона взъерошиваю пальцами волосы.

– Тем, что вместо того, чтобы отодрать тебя во все дыры, разговариваю с тобой.

С ее губ срывается беззвучный вздох. Черт подери, этот рот поистине изысканное место для моего члена. А когда взгляд опускается к ее маленьким сиськам, мне приходится сжать через плотную ткань джинсов пульсирующий от желания стояк. Хочу узнать какие они на вкус. Проклятье, эти соски сводят меня с ума настолько, что кончик языка ноет.

Сняв пиджак, я тут же протягиваю его в сторону бунтарки.

– Прикройся. Я не мазохист, чтобы разговаривать с голой шлюхой.

Девушка молча встает и выполняет мою просьбу, однако я больше не хочу, чтобы она прикрывалась.

– Не двигайся, – резким тоном командую я.

Подаюсь вперёд, облокачиваясь о колени, и зависаю на маленьких бантиках, набитых на ягодицах.

– Бантики, значит… – протягиваю руку и касаюсь нежной кожи, тем самым рассыпая табун мурашек по телу девушки.

Медленно сглатываю голодную слюну, набежавшую от малейшего соприкосновения с шелковистой плотью, пока с жадностью обвожу пальцами узоры цветной татуировки.

Взглядом вылизываю ее задницу, переходящую в стройные ноги, вновь возвращаясь к гребаным бантикам.

К черту, я всадил кучу бабок за ее киску и имею право насладиться ей в полной мере. В конце концов, она не ребенок и сама отвечает за свои поступки, а меня это волновать не должно.

Я даже не помню, когда в последний раз мой мозг поддавался такому давлению. Из-за девушки.