Роковой секрет

Растворяясь в ласке любимого мужчины.

***

Тело обволакивает жаром, а на грудь давит щемящее чувство, будто я делаю что-то неправильно. Дыхание учащается. Мне хочется вырваться из пылающего плена, но не могу. Смесь страха и возбуждения рождает внутри волнующую пульсацию. Открывая глаза, встречаюсь с дьявольским взглядом. «Я волную тебя, детка?» – болезненным эхом раздается во мне, и я резко вскакиваю на постели. Судорожно хватаю ртом воздух, пытаясь разобраться, где сон, а где явь. Не могу прийти в себя, между ног все пылает, словно губы Рафаэля до сих пор там.

Класс! Для полного счастья мне еще эротических снов с будущим свекром не хватало. Провожу дрожащими пальцами по волосам и свешиваю ноги с кровати. Во рту пересохло. Мне срочно требуется жидкость. Может, хоть она потушит разгоревшийся в душе пожар тревоги.

Бреду на кухню, кулаками потирая сонные глаза. Как слепой котенок нащупываю ручку холодильника и открываю его, жмурясь от яркого света, пока достаю бутылку с молоком. Делаю жадный глоток и неожиданно замечаю знакомый мужской силуэт.

Вздрагиваю, едва не давясь, и неосознанно выпускаю бутылку из рук. А потом тишину пронзает звук разбившегося стекла.

Глава 4

РОКСОЛАНА

Передо мной стоит Рафаэль. С обнаженным торсом и в свободных штанах, оголяющих направленный вниз треугольник, который я называю сигнальной полосой. Его телосложению может позавидовать любой парень: стальные мышцы, обтянутые смуглой, татуированной кожей.

– Не спится? – вырывает меня из мыслей грубый голос Росси.

Он лениво направляется ко мне. В тусклом освещении, с блестящей копной смоляных волос, этот мужчина больше напоминает… Багиру из «Маугли».

– Пить, – сглатываю, – захотелось.

От волнения говорю сипло. Собираюсь сделать шаг назад, но мой трусливый побег срывает этот матерый хищник.

– Стой на месте! – И я застываю. Как в ту ночь. Словно зачарованная одним и тем же мужчиной, я не в силах бежать. – Ты порезалась.

Две огромные ручищи обхватывают мою талию, и я со свистом втягиваю воздух.

Уже в следующее мгновение мои ноги отрываются от пола, и Рафаэль усаживает меня на столешницу. Наши глаза оказываются на одном уровне.

От его подавляющей энергетики сердце бешено колотится в груди, рождая во мне стремление сжаться в комочек и оказаться под боком у Матвея. А от воспоминания о ситуации у бассейна щеки обдает жаром, благо полумрак позволяет мне пылать всеми оттенками красного, оставаясь при этом незамеченной.