Роковой секрет

– Да ты самокритична, – обдает горячим дыханием мои губы, и я не нахожусь с ответом.

Но и не отворачиваюсь. Смотрю на его тонкие губы, грубую щетину, что скрадывает волевой подбородок, и жутко хочется коснуться ее. Почувствовать проявление зверя, ощутить языком его дикость. Мелкая дрожь в теле мешает уверенно двигаться, но этого и не требуется. Я как марионетка в руках злобного бородатого Карабаса-Барабаса. Ни капли не раздумывая ни над одним движением в танце, я не ошибаюсь ни на одной ноте, ни на одном шаге.

Все четко, чувственно, страстно. Сейчас я в его руках. В его власти. Пока звучит музыка, мое тело целиком и полностью принадлежит Рафаэлю. Это чувствуется по рваному дыханию, по ускорившемуся от его близости пульсу, по бешеной дрожи, что пробирает меня при каждом столкновении с обжигающей плотью Рафаэля. Я не хочу вспоминать ту злосчастную ночь, но не могу. Вновь и вновь чувствую жар его тела, отчего между ног разливается приятное тепло, и не могу игнорировать это. Дыхание становится глубоким и шумным, когда шероховатая ладонь, обхватывая мое бедро, скользит вверх. Откровенно. Грязно. Развратно. Плевать, я хочу этого и вжимаюсь в него еще сильнее, каждой клеточкой своего тела чувствуя напряжение Росси.

– Мне кажется, вы чересчур стараетесь, – произношу, судорожно выдыхая.

– А мне кажется, тебе надо потише стонать, ты танцуешь Сола, а не трахаешься.

После этих слов Рафаэль грубо хватает меня и резко прижимает спиной к своей груди, опаляя шею знойным дыханием.

Но я вновь кружусь в вихре напряженных нот, отдаляясь на расстояние вытянутой руки, пока в очередной раз моя спина не отзывается болью от грубого прикосновения его ладони. Это не танец. Это секс. Ничем не прикрытый. Он сейчас имеет меня во всех смыслах этого слова, и я из последних сил сдерживаюсь, чтобы не взорваться на сотни сладостных осколков и не взлететь подобно воздушному шарику. Росси снова наступает на меня, оттесняя уверенным шагом, и я не успеваю перевести дыхание от его напора, как он снова наклоняет меня назад, заставляя выгнуться грудью вперед. Рывок. И вновь эти жгучие губы в опасной близости, и я выдыхаю в них всю свою ненависть, смешанную со страстью. Немое противостояние, пока музыка набирает обороты, прежде чем ударить нас. Близость наших тел на пике. Попытки отдалиться бесполезны. Этот острый взгляд стегает как хлыст, отчего щеки пылают, будто их лижут языки пламени.