Без любви не считается

 – Я останусь у вас до конца месяца, и мне нужно как-то проникать в дом, если там никого не будет. Думаю, никто не обрадуется разбитым окнам.

Марк, похоже, находит все это логичным и забирается рукой в карман. А теперь смертельный номер! Выхватываю связку и открываю дверь:

– Мастерская здесь рядом. Я быстро. Туда и назад.

– Эй! – выкрикивает Марк, но я уже несусь к пешеходному переходу.

За последние восемь секунд перебегаю дорогу и, только оказавшись на другой стороне улицы, оборачиваюсь. Рождественский стоит перед «зеброй», гневно нахмурившись.

У меня есть меньше минуты на главный финт. Быстрым шагом добираюсь до мастерской и заглядываю в крошечное квадратное окно. Пожилой мужчина в старой кепке поднимает голову и открывает рот для приветствия, но я его перебиваю:

– Мне нужны дубликаты трех ключей, и я заплачу вам в два раза больше, если вы прикинетесь глухонемым.

Передаю ему связку, он медленно моргает и показывает мне три пальца. Деньжат срубить захотел побольше? Вот проныра!

– Здесь рядом еще одна мастерская, я могу обратиться и туда, – угрожающе произношу я.

Мужик показывает мне большой палец, а через мгновение моего затылка касается горячее дыхание.

– Сколько времени это займет? – вежливо обращаюсь я к мастеру.

Он показывает два раза по десять пальцев и отворачивается к инструменту.

– И что это было? – гремит Марк.

– Я всего лишь не хотела тебя задерживать, – отвечаю со всей несуществующей искренностью. – Но у мастера тут небольшая запара, придется подождать двадцать минут.

Может, мы… купим продукты, заберем ключи, потом съездим по твоим делам и вернемся домой вместе? Было бы идеально.

Марк напрягает челюсть и щурится от яркого солнца, глядя мне в глаза. Палево! Палево! Хлопаю его по плечу и весело усмехаюсь:

– Да брось! Что, по-твоему, я собираюсь сделать? Дублировать все ключи, чтобы ограбить тебя темной ночью? Марк! Я пытаюсь помириться с тобой! Хватит уже смотреть на меня так, будто я откусила твой…

– Идем за продуктами, – цедит он, разворачиваясь.

Фух! Кажется, пронесло. Разговоры о сексе спасают. Пристраиваюсь рядом с Рождественским и шагаю к воротам, открывающим мир торговых рядов. Ветер разносит аромат зелени и трав, который перебивает запах свежей речной рыбы.

– Ты умеешь торговаться? – спрашиваю я.

– Только воровать.

– Вот как? Здорово, конечно, но давай сегодня без этого. В участке нас вряд ли накормят ужином.

– Как скажешь.