Ты все ближе

– Как там папа? – спросила я, не слишком вежливо прервав мамины пророчества, что Джош плохо кончит, станет безработным, беспомощным и безнадежным наркоманом, и все только потому, что я ушла от его отца. Она не спросила, как я и даже где я живу. Она считала, что неприятности у нее, а не у меня.

– Он в отчаянии, – сказала она и вновь разрыдалась. – Я тоже. Как ты могла так с нами поступить?

Я услышала на заднем плане голос отца, который спрашивал, куда подевалось шоколадное печенье. Видно, как и я, пытался найти утешение в еде.

– По крайней мере, на некоторое время мы будем избавлены от позора, – продолжала мама. – Твоя сестра пригласила нас в гости. Мы улетаем на следующей неделе, в понедельник. Она попросила взять обратные билеты с открытой датой. Мы можем оставаться, сколько захотим.

Моя сестра Фиона жила в Австралии. Не знаю, каким чудом маме удалось выцарапать у нее это приглашение. Я знала, почему Фиона велела маме взять билеты с открытой датой: хотела, чтобы в случае чего мама могла отправиться домой в любой момент.

– Мам, а можно мне пожить у вас, пока вас не будет? – спросила я. – Буду поливать цветы и присмотрю за домом.

– Присмотришь за домом? Спасибо! После того что случилось в прошлый раз, я не могу доверить тебе ключи!

«Прошлый раз» случился двадцать лет назад. У меня вырвали сумку средь бела дня, в которой были ключи от их дома.

Надо искать квартиру, а я и так на мели. Мне было не очень уютно в родительском доме, но всяко лучше, чем снимать жилье.

– Вы бы меня очень выручили.

Обещаю, я буду осторожна.

– Нет, нельзя, – отрезала мама. – Мы лучше просто запрем дом. Возможно, нас не будет несколько месяцев. Фиона по нам страшно соскучилась. И что я скажу соседям?

– А при чем здесь соседи?

– Понимаешь, мне вовсе не хочется, чтобы ты столкнулась с миссис Дженнингс и рассказала ей о своих делах. Ее дети не доставляют никаких хлопот. А ты вот-вот разведешься с мужем, и у тебя даже детей нет.

У меня на глазах выступили слезы при мысли о ночах, проведенных в надеждах и молитвах о ребенке.

И мать знала, как сильно мне этого хотелось. Я имела глупость ей довериться. Она же заявила, что некоторые женщины не созданы для материнства. Я долго не могла простить ей это высказывание.

– Ладно, мне пора, – сказала я.

Она начала было протестовать, но я нажала кнопку, и ее голос исчез как по волшебству.

Чуть позже, когда я немного успокоилась, пришло сообщение от отца.

Прости, милая. Ты же знаешь маму.