Пленница Дикаря

Мне достаточно видеть, как он смотрит на тебя. В его взгляде боль и сожаление.

Не знаю, где она там увидела сожаление… а тем более боль…

– Но не переживай, он мне ничего не говорил. Этот мужчина не из тех, кто много болтает. Он часто уходит в свои мысли. В такие моменты я надеюсь, что он ищет настоящего себя, – но свои переживания он никому не покажет. А бабушка Тиса и так все видит. Иногда я говорю с ним, пытаюсь достучаться до его разума, но безрезультатно…

В этот момент заходит Конор, обрывая своим внезапным присутствием наш диалог с Тисой.

Они перебрасываются парой фраз, и он уходит, демонстративно игнорируя мое присутствие.

– Выпей и отдохни. Продолжим разговор потом.

Она протягивает мне мутный пузырек. Я с сомнением кошусь на него пару секунд, но под пристальным взглядом старушки все же беру и выпиваю содержимое. Пойло настолько горькое на вкус, что мой рот связывает резкой терпкостью, отчего я брезгливо морщусь.

– Умница, а теперь отдохни, – старушка медленно поднимается и направляется на выход, оставляя меня одну с сотней кружащих вопросов в голове.

В отчаянии я откидываюсь на спину и через какое-то время ощущаю, как меня начинает ломать изнутри. Я словно погружаюсь в мучительный транс. Меня бросает из жара в холод. А затем я вижу образ Говарда, но он тут же исчезает, и передо мной появляется суровое лицо Дикаря. От его взгляда даже в бреду становится жарко…

Не знаю, сколько я пробыла в плену галлюцинаций, но со временем жар спал и дрожь в теле ушла, позволив мне спокойно заснуть.

В какой-то момент из сна меня вырывает жуткое ощущение постороннего присутствия. Я резко принимаю сидячее положение и тут же жалею об этом: голова едет в сторону и я едва не падаю с кровати. Но крепкие руки возвращают меня на место.

Я восстанавливаю помутневшее зрение и замечаю, что на мне нет платья. Обнаженное тело прикрыто лишь покрывалом. А на краю кровати в напряженной позе сидит Дикарь…

Глава 9

Дыхание Дикаря – учащенное.

Брови слегка опущены, а глаза сужены и недовольно осматривают мое частично обнаженное тело. Он касается шершавыми пальцами моего бедра и проходится по нему, распаляя чувствительную кожу до предела. А во взгляде зверя читается сокрушение.

Дикарь шумно втягивает воздух через ноздри, а его опасные глаза загораются, как два факела. Мужчина словно пытается себя сдерживать, но, несмотря на это, не останавливается.