Пленница Дикаря

В нём будто борются два противоречия, только вот он по-прежнему продолжает оставлять на мне порочные ожоги. Его сильная рука скользит вверх, задевая мой живот, отчего я делаю судорожный глубокий вдох. Безумная энергетика этого мужчины держит меня под полным контролем. Он как змей Каа из «Книги джунглей» с гипнотическим взглядом. Медленно обвивает немощную жертву своими путами и ждет, когда она потеряет сознание от недостатка кислорода.

Мои движения заторможены после того пойла, что дала мне бабушка Тиса, и я не сразу даю ему отпор.

– Убери руки, – сиплый окрик срывается с моих пересохших губ, и он останавливается.

Удушье от его прикосновений постепенно отпускает, и, приподнявшись на локтях, я шумно втягиваю в себя воздух, пытаясь отползти от него подальше. Но Дикарь подается вперед и аккуратно хватает меня крепкой рукой за затылок, притягивая к себе. Я очень слаба. Нет сил оттолкнуть его. Ощущение, что я еще в бреду, не покидает меня…

Конор утыкается носом в мою шею – я тут же покрываюсь болезненными мурашками, задыхаясь его диким запахом ели и крепких сигарет.

Ощущаю кожей его гортанное рычание, пока Дикарь скользит жесткой щетиной вниз до ключицы, и я плавлюсь в руках зверя, как горящая свеча. Его грубой ласки достаточно, чтобы довести меня до пика наслаждения…

– Конор… – неосознанно срывается с моих губ его имя…

Дикарь замирает, опаляет своим жаром, а после резко отстраняется от меня и уходит. Оставляя на моей коже лишь фантомный след своих прикосновений, а в голове – рой мучительных мыслей.

Я не могу понять этого мужчину… и не знаю, стоит ли вообще о нем думать…

Я откидываюсь на спину, обхватывая лицо дрожащими ладонями, пытаясь унять свои пульсирующие мысли: это всё нереально… И этого всего не должно было случиться…

От внезапно охватившей слабости, веки начинают тяжелеть, и, глубоко вздохнув, я снова погружаюсь в сон…

***

Меня будят крики на неизвестном мне языке. Я медленно присаживаюсь на краю кровати и аккуратно спускаю ноги на пол, неуверенно касаясь раненой стопой твердой поверхности… Но ожидаемой боли не последовало.

Будто и не было ранения. А в следующий момент я напрягаюсь, осознав, что полностью обнажена.

Мой разум заторможен, словно после наркоза, и я не могу выстроить в своей голове логическую цепочку происходящего…

Осмотревшись вокруг и не найдя своей одежды, я беру первое, что мне попадается на глаза, – простынь. И, укутавшись в нее, с опаской выхожу из комнаты.

В холле я застаю вождя.