Элита

Щелк! Щелк! Вспышка, вспышка, еще вспышка. Ну собрались друзья, ну решили пострелять забавы ради – почему бы и нет?

Усилиями Лучника и Гончих глазунов становилось все меньше, и держать сеть было легче. Высунувшись в очередной раз, я увидела, что уже можно затягивать. Что я и сделала. Меньше сеть – меньше расход магии.

«Что шакалы?» – мысленно спросила я Ча.

«Почти готовы. Кусач и Дергач славно потрудились. Ангелы приканчивают тех, кого ранил Паладин». При слове «Ангелы» у меня в голове отчетливо прозвучал сдавленный смешок.

Так называли Гончих Марка у него дома. Марк был из Христовых, но не такой замороченный, как те, с кем мне доводилось иметь дело.

Винтовка смолкла. Видимо, у Марка иссякли мишени.

– Паладин вызывает Лучника, – раздалось из перскома. – Шакалы уложены. Шакалы уложены.

– Можешь видеть гнездо со своего места? – спросил Лучник в перском.

– Так точно. Устроим двойной обстрел?

– Понял. Радка ослепит их вспышкой. – Лучник кивнул мне, я кивнула в ответ. Сейчас уже не надо держать сеть с двумя-тремя десятками барахтающихся глазунов.

Вспышку я осилю. – Сначала вспышка, потом мы стреляем. Три… два… один!

Я подскочила и врезала по уцелевшим глазунам заклинанием. Обычный гигантский всполох света максимально возможного спектрального диапазона. Я такой применяла против драккена. Когда свет рассеялся, я быстро юркнула в укрытие.

Выжившие глазуны ослепли, и теперь Лучник мог пускать в них свои магические стрелы сколько душе угодно. Снова затрещала винтовка: как только Лучник разбивал Щит глазуна, того тут же укладывала пуля Марка.

Вот выстрелы стихли. Значит, все кончено.

Я отпустила сеть. Та растворилась, а я размяла сведенные судорогой руки. Лучник привалился спиной к стене и устало съехал вниз. Покопавшись в рюкзаке, я протянула ему бутылку с водой и несколько энергетических кубиков для подкрепления сил.

Он принял все это и поблагодарил меня слабой улыбкой. Мы с ним вместе поели и попили, дожидаясь, пока Марк слезет со своей ветки и присоединится к нам.

– А почему такие лук и стрелы? – Мне не терпелось спросить об этом Лучника с тех самых пор, как я впервые увидела его в деле. – Почему не стрелы-молнии? Не огненные стрелы?

Тут подошел Марк. Он уселся рядом на корточках, и я протянула ему еще одну бутылку.

Лучник пожал плечами и сделал большой глоток.

– Магия идет больше от чувств. Не отсюда, – он постучал пальцем по лбу, – а отсюда, – он коснулся груди. – Молнии мне казались не очень мощными.