Я все знаю

– Доктор Брок, мне придется задать вам несколько вопросов о том, что вы делали прошлой ночью. Ваши ответы помогут мне дополнить отчет. Я понимаю, что все это повергло вас в шок, и не хочу, чтобы вы считали меня бессердечным человеком. Все, что мне сейчас нужно, – это пара уточнений. Позволите?..

Рэндалл посмотрел на женщину, стараясь вспомнить ее имя. Пустота. Его гиппокамп утопал в выделившихся из-за стресса гормонах.

– Не сочтите за грубость, – сказал он, – но не могли бы вы повторить ваше имя?

– Детектив Адлер, полиция штата Нью-Йорк, – ответила она, – мне поручено вести расследование этого дела.

– Хорошо.

Адлер наклонилась к нему:

– Не могли бы вы еще раз рассказать мне, что произошло прошлой ночью?

Рэндалл вздохнул.

– Мы были на вечере по случаю вручения Аманде награды. Аманда руководит крупным некоммерческим фондом, распределяющим средства, поступающие в бюджет более мелких организаций. Ей вручали награду.

– Кто?

Рэндалл издал сдавленный смешок:

– Не могу припомнить, если честно.

Совет директоров или что-то типа того, наверное. На вечере говорили, как много ее фонд сделал для нашей страны. Он называется «Хрупкие сердца».

– Вы всю прошлую ночь были вместе с Амандой?

– Нет. Я уехал до того, как все закончилось, мне нужно было поработать кое над чем в кампусе, где вы сегодня меня и нашли.

– Когда вы уехали?

– Приблизительно в десять. Где-то через полчаса я был в кампусе.

– Вы знаете, во сколько закончилась церемония?

– Планировалось, что около полуночи.

Думаю, после завершения многие решили остаться в баре.

– Вы связывались с Амандой после того, как уехали?

– Нет. Я позвонил ей на мобильный, чтобы узнать, как она добралась, но сработал автоответчик. Я попросил ее мне перезвонить, но она так этого и не сделала. Затем я уснул и проспал до того момента, как вы с Питером вошли в мой кабинет.

– Когда вы ей звонили?

– Около половины первого? Возможно, в час.

– Она могла сесть за руль в нетрезвом виде?

– Сомневаюсь. Она, наверно, выпила бокал-другой вина или шампанского в течение вечера, но она никогда не садилась за руль в нетрезвом состоянии.

Если бы она слишком увлеклась, то попросила бы кого-нибудь ее подбросить или вызвала бы такси. Насчет этого у нее были твердые принципы.

– Принимала ли она какие-либо препараты?

– Нет.

Адлер закончила записывать его ответы и встала с места.

– Думаю, на этом мы можем закончить. Похоже, произошедшее можно считать несчастным случаем.