Сила алхимика

Когда стоишь привязанная у костра, а рядом трется потеющий субъект с горящим факелом, о таких мелочах не думаешь, считая, что все лучше, чем сгореть заживо.

Но оказавшись на свободе, вдали от кострища, поневоле начинаешь задумываться о том, что в этом мире бывают вещи похуже открытого пламени.

И в этом она абсолютно права.

Даже из-за спины я чувствовал косые взгляды и нервное напряжение рыжей. Прикажи я ей сейчас остановиться, сбросить платье и лечь, раздвинув ноги – она с радостью это сделает, будет старательно ублажать.

Все, лишь бы избавиться от пугающей неопределенности.

Понимая, что еще немного и дурная баба либо грохнется в обморок, либо забьется в истерике, я сухо велел:

– Рассказывай, за что сжечь хотели. Или ты и правда травила скот, соблазняла мужиков приворотными зельями и занималась другими непотребствами, как блеял бургомистр?

– Нет, ваша милость! – порывисто прозвучало из-за спины. – Ничем таким я не занималась! Все это придумал жрец, чтобы обвинить в колдовстве!

Кто бы сомневался.

Вот и инициатор незапланированного мероприятия. Аутодафе со сжиганием колдунов – любимое развлечение священнослужителей.

– Так в чем дело? Святоша восхотел симпатичной плоти?

Оказалось, что да. Торопясь и захлебываясь, рыжая ведьма поведала старую, как мир, историю о плотских желаниях отдельного религиозного деятеля к своим прихожанкам.

Жрец быстро обработал двух пустоголовых дурех, регулярно потрахивая обеих у себя в храме.

Скоро ему надоели дырки сисястых, но слишком покорных коров, и захотелось «перчинки». Что-нибудь остренькое, с чем, перед тем как употребить, придется слегка повозиться. Сначала сломать, потом подчинить и лишь после этого наслаждаться сорванными плодами.

Свой выбор любвеобильный святоша остановил на травнице, что часто подрабатывала акушеркой и врачевательницей.

Дальше банально и предсказуемо: пригласив однажды на разговор рыжую красотку, жрец не справился со вспыхнувшим желанием и набросился на бабенку, пытаясь трахнуть ее прямо в заднике храма.

План сначала поговорить, уломать, заставив покориться, полетел к черту.

Бабенка заорала, в помещение вбежали люди, увидев, как второе лицо в городе елозит на рыжей красотке, одной рукой запустив ей руку в ворот и что-то там возбужденно нащупывая, а второй стараясь задрать подол.